— Разве люди ловят людей? — спросил Серый Брат.
— Так он говорит. Я что-то не понимаю. Все они, должно быть, просто взбесились. Зачем понадобилось сажать в ловушку Мессую с мужем и что у них общего со мной? И к чему весь этот разговор о Красном Цветке? Надо подумать. Что бы они ни собирались делать с Мессуей, они ничего не начнут, пока Балдео не вернётся. Так, значит... — И Маугли глубоко задумался, постукивая пальцами по рукоятке охотничьего ножа.
А Балдео и угольщики храбро пустились в путь, прячась один за другим.
— Я сейчас же иду к человечьей стае, — наконец Маугли.
— А эти? — спросил Серый Брат, жадно глядя на смуглые спины угольщиков.
— Проводите их с песней, — сказал Маугли ухмыляясь. — Я не хочу, чтоб они были у деревенских ворот раньше темноты. Можете вы задержать их?
Серый Брат пренебрежительно оскалил белые зубы:
— Мы можем без конца водить их кругом, кругом, как коз на привязи!
— Этого мне не нужно. Спойте им немножко, чтобы они не скучали дорогой. Пускай песня будет и не очень весёлая, Серый Брат. Ты тоже иди с ними, Багира, и подпевай им. А когда настанет ночь, встречайте меня у деревни — Серый Брат знает место.
— Нелёгкая это работа — быть загонщиком детёныша. Когда же я высплюсь? — сказала Багира зевая, хотя по глазам было видно, как она рада такой забаве. — Я должна петь для каких-то голышей! Что ж, попробуем!