21. Новобранцу нужно также изучить и то, как укреплять лагерь: ведь во время войны нет ничего другого столь спасительного и столь необходимого, как это уменье. И действительно, если лагерь устроен как следует, воины настолько спокойно могут проводить внутри укреплений и дни и ночи, даже если их осаждают враги, как.будто они повсюду носят с собой защищенный стенами город. Но это искусство теперь вообще, можно сказать, совсем уже забыто; уже давно никто не разбивает лагеря, проводя рвы и вбивая колья. Поэтому, как мы знаем, неоднократно многие наши войска были разбиты вследствие нападения внезапно появившейся днем или ночью конницы варваров. И этому подвергаются не только воины, расположившиеся без укрепленного лагеря, но и те, которые, по какому-либо случаю начиная отступать во время боя, не находят места, куда бы они могли укрыться; как животные, падают они без отмщения, и наступает конец их избиению только тогда, когда у врагов пропадает желание их преследовать. 22. Лагерь, особенно если враг по соседству, нужно всегда устраивать на безопасном месте, где имеются вполне достаточные запасы дров, травы и воды. Надо выбирать места со здоровым климатом, на случай если придется пробыть здесь более продолжительное время. Нужно остерегаться, чтобы по соседству не было горы или высокого холма, которые, захваченные врагами, могут принести вред. Нужно иметь в виду также и то, не заливается ли обычно это поле горными потоками, и в этом случае чтобы войску не пришлось испытать на себе их силу. Лагерь должен быть укреплен сообразно с числом воиновили количеством багажа, чтобы значительная масса войска не была стиснута на небольшом пространстве или, наоборот, незначительное количество не было принуждено растянуться по более широкому, чем следует, месту. 23. Лагерь надо разбивать иногда в форме квадрата, иногда в виде треугольника, иногда -- полукруглым, в зависимости от очертания местности или по необходимости. Те ворота, которые называются "преториа", должны быть обращены или на восток, или в ту сторону, которая ведет к врагам; или же, если войско находится в походе, они должны быть направлены в ту сторону, куда оно двинется, снявшись с лагеря. За этими воротами внутри лагеря разбивают палатки первые центурии, т.е. когорты, и ставят своих драконов и знамена. Ворота же, которые называются "декумана", находятся позади претория, на другой стороне лагеря; через них выводят для наказания провинившихся воинов.
24. Укрепления лагеря бывают трех различных видов. Если нет крайней необходимости торопиться, то с земли снимается дерн, и из него складывается как бы стена высотою в 3 фута над землей, так чтобы впереди нее был ров на том месте, с которого снят дерн; затем делается на скорую руку ров шириною в 9 футов, глубиною в 7. Но когда грозит очень большая сила врагов, тогда нужно укрепить рвом весь лагерь кругом, как полагается по закону, так чтобы он имел в ширину 12 футов и в глубину, как говорится, по перпендикуляру 9 футов. Над ним устраивается плетень с тем, чтобы земля, которая была вынута изо рва, наваливалась с той и другой стороны плетня в высоту на 4 фута. Таким образом получается ров в 13 футов глубины и в 12 ширины. Наверху вала вбиваются колья из крепкого дерева, которые воины обыкновенно носят с собою. Для такой работы нужно всегда иметь наготове мотыги, грабли, корзины и всякого рода другие принадлежности. 25. Легко укреплять лагерь, когда еще врагов нет. Но когда враг уже наступает, тогда все всадники и центр пехоты выстраиваются в боевой порядок для отражения натиска врагов, остальные же позади них, проводя рвы, укрепляют лагерь, и глашатай объявляет, какая центурия первой, какая второй, какая третьей идет на работу. После этого центурионы осматривают ров и промеряют его; на того, кто в своей работе оказался небрежным, накладывается наказание. Вот такой практике надо обучить новобранца, чтобы в случае необходимости он мог в полном порядке быстро и осмотрительно укреплять лагерь.
26. Известно, что ничто так не помогает в битве, как умение воинов в результате постоянного упражнения сохранять в боевом строю построение рядов и нигде, в нарушение порядка, не собираться густой толпой или же растягивать ряды. Дело в том, что, сбившись в кучу, они теряют свободное пространство, нужное им для сражения, и в свою очередь мешают друг другу; те же, которые стоят редко, с промежутками, дают врагам возможность прорваться через их ряды. И, конечно, необходимым последствием этого бывает, что весь боевой строй, охваченный страхом, приходит в замешательство, когда, прорвав ряды, враг появляется в тылу сражающихся. Поэтому новобранцев необходимо всегда выводить в поле и, согласно порядку списков, ставить их в ряды так, чтобы вначале строй был ординарным и широко поставленным, чтобы в нем не было никаких изгибов и закруглений, чтобы каждый воин отстоял от воина на равном и установленном расстоянии. Затем, надо их обучить, чтобы они сразу сдваивали ряды, а равно чтобы во время самого движения они сохраняли тот ряд, в котором они поставлены. В-третьих, надо обучить, чтобы они сразу умели устраивать квадратный строй (каре), а затем этот боевой строй должен быть изменен на треугольный, который называют клином. Обычно такое расположение приносит большую пользу на войне. Так же настойчиво предлагается, чтобы воины научились устраивать круг; благодаря такому построению, если вражеские силы прорвут боевой строй, обученные воины обычно могут помешать врагу и тем самым не допустить, чтобы вся масса бойцов рассеялась в бегстве, рискуя тяжким поражением. Если молодые воины усвоят все это при постоянных упражнениях, тем легче сохранят они это уменье и во время сражения. 27. Кроме того и из древних обычаев сохранилось и предписывается также установлениями божественного Августа и Адриана, чтобы три раза в месяц как всадники, так и пехотинцы выводились на (военные) прогулки; этим именем они обозначают следующий вид упражнений. Приказывается,чтобы пехотинцы прошли 10 миль во всем вооружении, с копьями в руках, военным шагом и так же возвратились в лагерь, причем некоторую часть пути они должны совершать более ускоренным бегом. Точно так же и всадники, разделенные на турмы и вооруженные, должны были совершать приблизительно такой же путь; при этом они переходили иногда к своим конным упражнениям, иногда совершая отступление; затем, сделав поворот, вновь готовились к наступлению. Это учение происходило не только на ровном поле, но оба рода войска должны были учиться спускаться и подниматься в местностях с крутыми спусками и подъемами, для того чтобы во время сражения даже случайно ничего не могло встретиться такого, что не было изучено раньше хорошими воинами путем упорного упражнения.
28. Все это, исполненный верности и преданности, о непобедимый император, я объединил в этой небольшой книжечке, самое существенное из разных авторов, которые написали свои произведения о военном деле, для того чтобы желающие со всем старанием заняться набором и обучением новобранцев, легко могли укрепить мощь своего войска и придать ему древнюю доблесть. Ведь не исчез еще в людях военный пыл Марса, не выродились те земли, которые родили лакедемонян, афинян, марсов, самнитян, пелигнов, наконец, самих, римлян. Разве жители Эпира не были некогда наиболее могущественными в военном деле? Разве македоняне и фессалийцы, победив персов, не проникли до самой Индии, прокладывая себе дорогу оружием? Что даки, мезийцы, фракийцы были всегда в высшей степени воинственны -- это ясно из сказаний, которые утверждают, что сам Марс родился у них. Я никогда не кончу, если начну перечислять силы каждой провинции в отдельности, а ведь все они находятся в подчинении Римской империи. Но чувство безопасности вследствие долгого мира заставило людей обратиться частью к удовольствиям бездействия, частью к гражданским делам. Вследствие этого вполне понятно, что забота об упражнении войска вначале стала проявляться более небрежно, затем пропадать и, в конце концов, придя в полное забвение, окончательно прекратилась. И пусть никто не удивляется, что подобное же происходило и в прежние времена, так как после первой Пунической войны мир, продолжавшийся лет 20, так ослабил из-за бездействия и отсутствия военных упражнений тогдашних римлян, бывших до тех пор всюду победителями, что во вторую Пуническую войну они никак не могли сравняться с Ганнибалом. Потеряв столь многих консулов и предводителей, потеряв большое количество армий, они только тогда стали вновь побеждать, когда смогли научиться практике военного дела при помощи упражнения в употреблении оружия. Поэтому всегда должно набирать и упражнять молодых новобранцев. Известно ведь, что дешевле научить владеть оружием своих, чем нанять чужих бойцов за деньги.
КНИГА ВТОРАЯ
Ч то знанием установлений предков, касающихся всех видов военных дел, ваша милость обладает во всей полноте и со всей опытностью умеет его применять, -- это доказывается непрерывными победами и триумфами, поскольку успех в делах есть несомненное доказательство высокого искусства. Однако, о тишайший и непобедимый император, в своем стремлении более высоком, чем может вместить земной ум, ты желаешь узнать примеры и сведения из древних книг, хотя своими новейшими подвигами ты превосходишь самую древность. И вот когда я решился кратко изложить все это в своей книге для вашего величества, не столько для наставления, сколько для ознакомления, мое глубокое к тебе почтение не раз вступало в борьбу с моей скромностью. Что может быть более дерзким, как владыке и руководителю рода человеческого, укротителю всех варварских племен стараться внушить что-либо, касающееся приемов и науки военного дела? Не лучше ли, может быть, было ему приказать описать то, что совершено им самим? А с другой стороны, не повиноваться поручениям столь великого императора в моих глазах является делом преступным и заслуживающим наказания. Итак, чудесным образом я возымел такую дерзость в своем повиновении, так как боюсь показаться еще более дерзким, если я откажусь. На это крайне рискованное дело воодушевила меня предшествующая милость вашей бесконечности. Дело в том, что книжку о наборе и обучении новобранцев я уже давно преподнес тебе как твой покорный слуга и за это я не заслужил нареканий. Нет страха теперь приступить к делу по прямому приказанию, если труд, предпринятый на свой собственный страх, прошел безнаказанным.
1. Воинские силы, [как это свидетельствует великий писатель-поэт римского народа в своем вступлении, состоят из вооружения и мужей(4). [Они] делятся на три части: конницу, пехоту и флот. Отряды конницы называются крыльями (alae) потому, что, наподобие крыльев, они и с той и с другой стороны прикрывают боевой строй; теперь они называются "вексилляриями" -- "знаменными", потому что они пользуются знаменами (велум), которые теперь называются фламмулы(5). Есть и другой род всадников, которые называются легионарными, потому что они входят в состав легиона; примером таких могут служить так называемые всадники, одетые в поножи (ocreati). Флот тоже состоит из двух видов: одни корабли называются либурнскими, другие крейсерами (наблюдательными). Всадниками охраняются равнины, флотом -- моря или реки, пехотой -- холмы, города, ровные и обрывистые местности. Отсюда понятно, что для государства более нужны пехотинцы, которые всюду могут пригодиться; и большее число этих воинов может содержаться с меньшими затратами. Название "войско" (exercitus) оно получило от самого своего основного занятия, именно упражнений (exercitium), чтобы оно никогда не забывало, почему оно носит такое название. И сама пехота разделена на два вида: на вспомогательные отряды и на легионы. Вспомогательные отряды посылаются племенами, находящимися в союзных (socii) или договорных (foederati) отношениях; римская же доблесть всегда и преимущественно проявляла свою силу в регулярных легионах. Термин "легион" происходит от слова “отбирать” (e-ligere), а само это слово требует верности и старания от тех, кто отбирает воинов. Обыкновенно во вспомогательные отряды набирается меньшее число воинов, в легионы -- значительно большее. 2. Македоняне, греки, дарданцы также, в конце концов, имели фаланги, причем в одной фаланге они насчитывали 8000 вооруженных. Галлы, кельтиберы и большинство варваров применяют в сражениях толпы, где бывает по 6000 вооруженных. Римляне имеют легионы, где обычно несли военную службу 6000 бойцов, а иногда и больше. Теперь я изложу, какая, на мой взгляд, разница между легионами и вспомогательными отрядами. Когда вспомогательные отряды отправляются на войну, то, прибыв из различных мест и в различном количестве, они не связаны между собою ни обучением, ни знакомством, ни навыками. Различны у них приемы сражения, различно применяют они оружие. И, конечно, медленнее приходят к победе те, которые до сражения столь сильно отличаются друг от друга. Наконец, так как в походах очень важно, чтобы все воины двигались и строились по одному и тому же сигналу и приказанию, то, конечно, не могут согласно выполнять эти приказания те, кто раньше не делали этого вместе и дружно. Однако и эти отряды, если их заставить почти ежедневно укреплять себя различными упражнениями в течение года, могут принести немалую пользу. Вспомогательные отряды всегда присоединялись в боевом строю к легионам в качестве легковооруженных, служа во время сражения скорее поддержкой, чем основной помощью. Легион же, имея полное число своих когорт в тяжелом вооружении, т.е. принципов, гастатов, триариев и передовые отборные отряды (антесигнанов), равно и отряды легковооруженной пехоты, т.е. метателей дротиков, стрелков, пращников, баллистариев, имея своих собственных, включенных в свой состав, легионарных всадников, держась одних и тех же предписаний, дружно и согласно укрепляя лагерь, выстраивая боевой строй, ведя сражение, будучи во всех отношениях целостным, не нуждаясь ни в какой внешней помощи, -- такой легион обычно может победить какую угодно толпу врагов. Доказательством служит величие римского государства, которое всегда, сражаясь при помощи легионов, побеждало такое количество врагов, сколько оно само хотело победить или сколько допускало естественное положение вещей. 3. Части войска и доныне носят название легионов, но вследствие небрежности прежних лет крепкая сила этих легионов уже надломлена, когда награду, даваемую прежде за доблесть, стали получать благодаря интригам и воины стали по протекции добиваться повышений, которые преждеобычно они получали за труд. Затем, когда по истечении срока военной службы отборные воины из свиты полководца по обычаю отпускались домой с письменными аттестатами, на их место не ставили других. Кроме того вполне естественно, что одни становились негодными по слабости, вследствие болезней и должны были получить увольнение, другие дезертировали или погибали от различных случайностей. И вот, если не то чтобы каждый год, но даже почти каждый месяц толпа молодых новобранцев не приходит на место выбывающих, то как бы ни было многочисленно войско, оно начинает численно истощаться. Есть и другая причина, почему легионы становились малочисленное: в них -- более трудная военная служба, более тяжелое оружие, больше обязанностей(6), более строгая дисциплина. Избегая этого, многие спешат записаться во вспомогательные войска, где меньше трудностей и скорее получаются награды. Знаменитый Катон Старший, который и как воин был непобедим в бою и как консул часто водил в бой войска, решил, что он еще больше окажет пользы государству, если напишет книгу о военном искусстве. Ибо храбрые деяния живут в памяти в течение одного только поколения; то же, что пишется для пользы государства, вечно. То же сделали и многие другие, особенно Фронтин, заслуживший одобрение за такую деятельность у божественного Траяна. Их наставления, их предписания я отмечу насколько могу кратко и точно. Так как одинаковых расходов требует и старательная и небрежная организация войска, то великая польза не только для настоящего времени, но и для будущих веков, если предусмотрительностью твоего величества, о император Август, будет восстановлен крепкий порядок в военном деле и исправлены ошибки твоих предшественников.
4. У всех историков можно найти, что каждый консул, идя походом на врагов, как бы многочисленны они ни были, командовал не больше чем двумя легионами, с добавлением вспомогательных отрядов союзников. Такова была их обученность, такова уверенность в себе, что считалось вполне достаточным для любой войны двух легионов. Поэтому я изложу организацию древнего легиона, согласно нормам военных законов. Если это описание будет несколько темным или не очень гладким, то упрек за это надо направить не по моему адресу, а приписать трудности самой темы. Поэтому это описание нужно читать не раз и со вниманием,чтобы все понять и запомнить. Несомненно, непобедимо то государство, чей император, овладев военным искусством, делает боеспособным войско любой численности.
5. Итак, тщательно отобрав молодых новобранцев, выдающихся и мужеством и телесной силой, прибавив сюда ежедневные упражнения в продолжение четырех или более месяцев, по приказу и при счастливом руководстве нашего непобедимейшего государя, пусть организуется легион. Когда будут обозначены на коже воинов нестираемые (выжженные) точки, воины заносятся в списки, и затем обычно их заставляют приносить клятву; это называется военной присягой. Они клянутся именем бога, Христа и св. духа, величеством императора, которое человеческий род после бога должен особенно почитать и уважать. Как только император принял имя Августа, ему, как истинному и воплощенному богу, должно оказывать верность и поклонение, ему должно воздавать самое внимательное служение. И частный человек и воин служит богу, когда он верно чтит того, кто правит с божьего соизволения. Так вот воины клянутся, что они будут делать старательно все, что прикажет император, никогда не покинут военной службы, не откажутся от смерти во имя римского государства.
6. Следует знать, что в одном легионе должно быть 10 когорт. Но первая когорта превосходит остальные и числом воинов и достоинством. Она включает в себе отборных мужей и по происхождению и по образованию. Она получает орла: это -- главное знамя римского войска, одновременно являющееся знаменем целого легиона. Она чтит изображения императоров, т.е. божественные и подлинные знамена. Эта когорта имеет 1150 пехотинцев, 132 всадника, одетых в панцыри, и называется "когортой тысячников" (cohors miliaria); она является главою легиона, с нее, когда нужно вступать в бой, начинает строиться фронт. Вторая когорта состоит из 555 пехотинцев, 66 всадников и называется "когортой пятисотенников" (cohors quingentaria). Третья когорта имеет тоже 555 пехотинцев и 66 всадников, но обычай требует, чтобы в эту когорту набирались особенно крепкие люди, так как она стоит в центре боевого строя. Четвертая когорта состоит из 555 пехотинцев и 66 всадников. Пятая когорта имеет тоже 555 пехотинцев и 66 всадников, но требуется, чтобы в эту когорту тоже зачислялись энергичные и крепкие воины, потому что, подобно первой когорте, стоящей на правом фланге, пятая когорта стоит на левом фланге. Эти 5 когорт выстраиваются в первом ряду. Шестая когорта состоит из 555 пехотинцев и 66 всадников; в нее тоже из молодых новобранцев включаются самые отборные, так как во втором ряду шестая когорта стоит позади орла и изображений (императоров). Седьмая когорта состоит из 555 пехотинцев и 66 всадников. Когорта восьмая состоит из 555 пехотинцев и 66 всадников; и она должна иметь в своем составе храбрых воинов, так как во втором ряду она занимает центр. Девятая когорта состоит из 555 пехотинцев и 62 всадников. В десятой когорте тоже 555 пехотинцев и 62 всадника; обычно и она составляется из хороших бойцов, так как во втором ряду она занимает левый фланг. Этими десятью когортами укомплектовывается весь легион, имея таким образом 6100 пехотинцев и 730 всадников. Таким образом, меньшего числа воинов в одном легионе быть не может; но большее число иногда бывает, если дается приказ набирать тысячными не только одну когорту, но также и остальные.