В обычных культурных словах чувствую не обычную, поношенную почву национализма; в них, судя но общему, часто скрываемому настроению, есть нечто новое.
Какой-то всенародный плач по прекрасному расхищаемому достоянию!
Всенародный голод по вечно красивому!
Приведенные строки воззвания ближе мне, нежели очень многим.
Более десяти лет назад, с великого пути из Варяг в Греки, с Волхова, я писал:
— Когда же поедут по Руси во имя красоты и национального чувства?
С тех пор, учась у камней упорству, несмотря на всякие недоброжелательства, я твержу о красоте народного достояния.
Твержу в самых различных изданиях, перед самой разнообразной публикой.
Видеть защиту красот старины на знамени съезда для меня особенно дорого.
Еще слишком много сердец закрыто для искусства, для красоты!