— Ну да, известно, не русское; русские так не хоронят.
— Дядя Федор, — толкает бойкая, задорная девка-копальщица, — здесь колонисты?
— Вот я те выкопаю колониста, в аккурате будешь!
— Что-й-то тут, испытание никак? — шамкает древний дед, пробираясь в толпе.
— Слышь, дедушко! Котел нашли с золотом. Каждому мужику по 100 рублев выдавать будут, а деду не дадут.
— Это дедке могилу копают, — толкает деда баловница девка, — и ложись, дедка, тут тебе и попоем!
— Эх, эх, и нас то, поди, раскопают. Косточкам-то успокоиться не дадут!
— Так не найдете, — советует пожилая баба, — в Семкине солдатский доктор бугры перекапывал, так у него живое серебро было. Наставит он его на могилу, оно побежит побежит да и станет, и где станет, там и копай. И всегда находили.
— Да что находили-то, дура баба, разве дельное. Одну только серебряную цепочку нашли! В стороне слышится тихий разговор.
— В Красной одного сидячего нашли; рядом ложка чугунная положена и ножик. В головах-то горшок.