- Как же! Под лежачий камень вода не побежит, говорит пословица.
И Марья Ивановна вышла.
"Какая она добрая и старательная. Вот бы мне до такой жизни дожить!"
Но Пелагея Прохоровна не понимала того, как нелегко Марье Ивановне достаются медные гривны. Она не знала того, что если Марья Ивановна не пойдет сегодня на железную дорогу да не будет там, по приезде поезда, заманивать честным и нечестным образом приезжающих крестьян, то с железной дороги к ней придет разве или уже останавливавшийся у нее, или заблудившийся, случайно забредший сюда горемыка; а на этих людей, что ночевали сегодня, надежда плохая, потому что половина из них, может быть, поступит на места, а другая половина разбредется по другим постоялым дворам, которые ближе к Сенной площади.
Пришла Марья Ивановна и привела с собой пятнадцать мужчин и шесть женщин. Мужчины и женщины галдили; но на лице Марьи Ивановны выражалось неудовольствие. И немудрено: сегодня ей меньше вчерашнего пришлось набрать народа.
- Никто не бывал? - спросила она сердито Пелагею Прохоровну.
- Нет.
- Вот што: ты бы шла в другое место, - сказала она шепотом на ухо Пелагее Прохоровне.
- Зачем?
- Кто те знает, какая у тебя болезнь? Может, холера.