- Это каторга, а не жизнь!
- Ной еще! Ной!.. О, будьте вы прокляты!
Ребенок проснулся и заревел.
Вошедший был высокого роста, одет в суконный кафтан, с красным платком на шее и с фуражкою на голове с очень высоким верхом. Ему было на вид годов сорок. Волоса на голове и бороде черные, глаза и лицо выражали невозмутимость. От него пахло водкой.
- Машинька! Ах ты, шельмочка!.. - И он начал занимать ребенка, который с охотою полез к нему.
Пелагея Прохоровна ушла в кухню.
- Ты дома будешь обедать? - спросила мужа Лизавета Федосеевна.
Не получив ответа от мужа, Лизавета Федосеевна стала торопить сестру.
- Ради бога, сходи ты за водкой, а то уйдет! - говорила она шепотом.
- Посмотри, Лиза, за ребенком.