Ганька слез не торопясь и, почесываясь, подошел к отцу, тот замахнулся на него рукой, но не ударил.
- Держи! Ишо в бане был, а смотри, как рубаху отхалезил (отделал).
- Мне-ка спать охота! - произнес Ганька протяжно и зевнул громко во всю избу. Отец промолчал. И когда Ганька держал неправильно или лениво дратву или кожу, отец ругал его или замахивался на него рукой. Когда держать было нечего, Ганька пошел было на печь, но отец опять заставлял его что-нибудь делать.
Пришел Колька, шустрый мальчик, с белыми, как лен, волосами, в загрязненной рубахе и босой. На ногах много было грязи.
- Ах ты гад ты поганой! Где ты был?.. - закричал на него отец.
- А у тетки был! Гли! - и Колька показал ему пискульку - сделанного из дерева петушка. - Гли, тятька, как свистит! - и он начал насвистывать в пискульку, поскакивая и подергивая рубашонку.
- У, балбес! Поди, вымой парня-то в бане, - сказал он Елене, которая в это время ставила на печку квашню (т. е. тесто ржаное в деревянной шайке, похожей на кадушку, вмещавшую в себя восемь и девять ковриг печеного хлеба).
- Я не пойду, тятька, не пойду! Оленка - бука!
- Ганька, дай-ка плетку!
Колька остался этим недоволен, закуксился и, испугавшись угрозы отца, полез к Елене и покрылся ее фартуком.