- Ох, вредно, родной! Ну, как ваши?
- Ничего. Почтмейстером теперь…
- Ну, слава богу. О чем я говорила-то?.. Вот и память всю отшибло…
- А каков был муж Елены Павловны?
- Ах, и не говори! Сначала такой славный был, только кашлял постоянно. Не рада я, что и отдала ее за него. Дура я, дурища…
- Что же делать!
- Да-да, воля божья! Такой знаете ли, капризный, пьющий; все ее, бедную, бить лезет. Ну, и вступишься. Он-то еще ничего, бог с ним, Леночку любил, одевал хорошо, и меня не обижал, а вот мать его - просто змея. Эдакой я в жизнь свою не видала… Я вот тоже поколачивала Лену, - так маленькую, на то я родная мать, а то она, ехидна, скупая-прескупая, всем ее попрекать стала, и меня туда же. Целый день крик.
- Ты, шлюха, опять самовар ставишь! - закричала какая-то женщина в кухне.
- Я свой ставлю, - послышался нежный голос Лены.
- Я тебе дам! Ты сходила по воду-то? Твои дрова-то?