– Попробуй – попади! Прогонят. Везде гнали, и из Перми прогонят. Народ там, бают, злой…
– Все бы поплавать.
– Черт ты экой! Ты погляди, што у те на груди-то? У меня, смотри, кожа слезла.. А спина-то? Самого так и пошатыват, – хоть помереть тожно… Сысойко! Пошто мы родились-то?.. Вон лошадям так славная жизнь-то…
– Ну их!.. А мы соль будем делать. Через день Пила и Сысойко ведут такой разговор:
– Ошшо бы так-ту поплавать, как по Чусовой плыли… Людей сколь, барок!.. города разные… И хлеб там был…– говорит Сысойко.
– Так оно. А таперь и люди-то побегли; бают, домой.
– А нам куды?.. што нам в деревне-то?..
– Там, Сысойко, бают, города баские есть. Бают, Перма супротив их пигалица…. Походим ошшо тамока?
– Подем.
– Бают, город есть такой: дома все каменные, а вышина-то… в Перми нет таких домов. Там, бают, царь живет.