Получив, наконец, королевское ассигнование, Колумб натолкнулся на те же затруднения, что и при подготовке первого плавания из Палоса. Нельзя было найти ни судов, ни экипажа. Но причины затруднений за протекшие шесть лет совершенно изменились. Теперь от предприятий Колумба моряков отпугивали не смутные страхи и суеверные представления, а печальный опыт и рассказы людей, прибывших из Индий. Околдовавшие страну золотые миражи испарились, и никто не желал больше плыть за океан.
Правительству пришлось снова прибегнуть к реквизиции нескольких судов с их экипажем. В качестве новых поселенцев Колумбу пришлось взять каторжников, приговоренных к галерам. Их он собирался сделать рудокопами на золотых приисках.
Приготовления к плаванию шли очень медленно. Колумб особенно нуждался в содействии королевы, но скоропостижно скончался наследный принц, и Изабелла, почти лишившаяся рассудка, совсем перестала заниматься делами адмирала. Только бесконечными просьбами Колумбу удалось довести приготовления до конца. 30 мая 1498 года шесть кораблей под его командой вышли из порта Сан Люкар в море.
Еще перед отъездом из Испании адмирал получил письмо известного в то время гранильщика драгоценных камней Хаиме Феррера. Феррер советовал Колумбу поискать золото и бриллианты в южных областях Индий. Гранильщик побывал во многих землях, откуда привозили в Европу золото и драгоценные камни. Основываясь на своем опыте, он утверждал, что, чем ближе к экватору лежит страна и чем чернее ее жители, тем больше в ней драгоценных камней и металлов. Адмирал был склонен последовать совету Феррера. Это совпадало с желанием самого адмирала поискать к югу от Эспаньолы культурные земли азиатского материка. Колумб решил в этот раз двигаться на запад, держась возможно ближе к экватору.
На острове Гомера Колумб разделил экспедицию на две группы. Три судна пойдут отсюда к Эспаньоле, к новому городу Сан Доминго, построенному Бартоломео в золотоносном районе у реки Гайаны, три других направятся на поиски земель вдоль экватора.
Суда расстались в конце июня у острова Ферро. Каравеллы Колумба направились отсюда к югу — к островам Зеленого Мыса.
По мере приближения к экватору жара все усиливалась и вскоре сделалась невыносимой. От резкой перемены климата Колумб стал страдать подагрой, сопровождавшейся сильнейшей лихорадкой.
Утесы архипелага были совершенно выжжены и являли картину полного бесплодия. Как свинцовая крышка, висело над островами мутное небо, покрытое низкими тучами. Воздух был раскален, насыщен водяными парами. Трудно было дышать. Колумб, рассчитывавший пополнить на этих островах свои запасы, теперь старался поскорее покинуть их. В начале июля эскадра поплыла на юго-запад. В средине месяца она спустилась еще ниже к экватору, достигнув пяти градусов северной широты.
Здесь царило полное безветрие. Паруса судов обвисали вокруг мачт, как тряпки. Океан походил на обширное зеркало, ни одна складка не бороздила его поверхности. Люди задыхались и обливались потом. Воздух, словно подожженный отвесными лучами солнца, был совершенно неподвижен.
Колумб повернул суда на запад, но они почти не двигались. Покрывавшая корпуса судов смола стала растопляться, начали расходиться швы. Во многих местах каравеллы дали течь. Хлеб стал плесневеть и сделался твердым, как камень. Вода и вино вытекали из бочек.