Но как ни велики были заслуги Жижки перед народным таборитским движением, военный вождь Табора постепенно терял над ним контроль.
Когда споры касались вопросов веры, Жижка действовал с крайней решительностью. Но несогласия скоро перешли в область, где добиться повиновения было очень трудно. Как относиться к Корибуту? Не пора ли таборитам попытаться захватить Прагу?
Среди гетманов и Старших Табора мнения все чаще и чаще расходились.
Два новообращенных таборита, Ян Гвезда и Богуслав Швамберг, получили большое влияние на Старших, проповедников и воинов братства.
Оба военачальника настаивали на немедленном походе на Прагу, откуда все чаще доходили вести, что Корибут готовит удар по Табору. В столице он беспощадно преследовал всех, кто был дружен с Желивским или когда-либо держал сторону таборитов.
В Праге среди ремесленников и городской бедноты оставалось еще много тайных друзей казненного Желивского. Они призывали былого своего гетмана Гвезду, обещали ему поддержку. Дело казалось верным и легким: Корибута уже четыре месяца не было в столице — с пражскими войсками он осаждал королевский замок Карлштейн. Это был наиболее удобный момент для оказания помощи левому крылу пражан.
Жижка не давал согласия на выступление против столицы, считая его опасным и несвоевременным. Наперекор его воле табориты все же снарядили возовую колонну, правда, недостаточно сильную, и выступили в сторону Праги в конце сентября 1422 года.
«Когда князь Корибут, — повествует старая чешская летопись, — вместе с пражанами осаждал Карлштейн, таборитские военачальники Богуслав Швамберг и Ян Гвезда сделали попытку с отрядом таборитов взять Прагу с налету. Они вышли тайно в поход и добрались до Праги».
Поход закончился неудачей: табориты не получили достаточной поддержки от плебейских элементов Праги. Понять это нетрудно: слишком свиреп был в летние месяцы 1422 года бюргерский террор над этой частью населения столицы.
В эти дни, по-видимому, впервые у Жижки зародилась мысль отделиться от Табора.