— Знаю, что ровная, — досадливо прерывает тот, — не впервые здесь. Конников не видно? Пражских?
— Пусто.
Перебрались вброд через Влтаву и сразу попали иод удары преследователей. У Коловрат пришлось проложить себе дорогу с боем. С запада от Праги, от Чешского Брода с востока колонну теперь теснили сильные отряды пражан и панов.
В непрестанных изнурительных схватках, теряя людей и возы, колонна пробивалась к северу, дошла до деревянной крепостцы Костельца на южном берегу Лабы, захватила с налету крепость, заперлась в ней.
Костелецкие рвы обложили густой цепью отряды пражан, плзенцев, рыцарей карлштейнского - гарнизона. А позади осажденных — широкая Лаба. Ни моста, ни переправы…
Пан Дуповский от Костельца выслал верхового в Буду, к пребывавшему при дворе Ульриху Розенбергу. Розенберг принес Сигизмунду потрясающую весть:
— Трое суток гнали слепца от Плзня. Еле живой заперся в Костельце. Обложен десятитысячным войском. Он в мышеловке!
Сигизмунд изверился в победах над Жижкой:
— Мышеловка, пан Ульрих, хороша для мыши!