— Умираю, братья! — сказал он ясным голосом. Сорвал с глазниц повязку.
— Подойди ко мне, Ярослав. Прощай, брат!.. Не забывай сестру нашу… старую тетку… дочь мою… Анешку… Будь им опорой!.. Не погреши против общины братьев ни трусостью, ни изменой…
Жар помрачил на минуту сознание Жижки. Но он снова очнулся:
— Ты здесь, Ян Рогач, любимый друг мой?.. Прощай и ты… Веди за меня войско…
Голос больного становился все тише:
— Прощайте, братья таборские… верные делу божьему! Прощайте навеки… Храните в сердце верность!
Умирающий заметался. Сел на своем ложе. Багровое лицо — в синих узлах. Он бредил:
— Поведу народ… наших седлаков… И все буду с вами!.. Смотрите — бегут… А вы — без жалости! Нет им пощады!
Упал навзничь — и вскоре скончался.