Жижка ясно видел, что стоит противнику начать атаку — и его люди получат сильный удар в спину. «Да следует ли сейчас держаться за Плзень? — спрашивал он себя. — Табор — вот где ключ к обороне против враждебных нам сил».
Когда к воротам подошли парламентеры, Жижка не прогнал их, как делал раньше, а позвал к себе на переговоры.
20 марта договорились: Жижка сдал город Вацлаву из Дуба на условии, что пан Вацлав не будет преследовать в Плзне остающихся там «подобоев» и предоставит отряду Жижки свободный проход на юг.
В тот же день Жижка покинул Плзень. В отряде, двигавшемся к Табору, шли четыреста воинов. с женами и детьми. У Жижки было двенадцать возов и девять верховых коней.
А пять тысяч прекрасно вооруженных всадников, «железных панов», двигались в это время из восточной Чехии в Плзень. В. пути они узнали, что Жижка сдал город, выпущен оттуда с отрядом и направляется к югу. Панам представился случай в открытом поле истребить несколько сотен гуситов.
Разгромив дружественный гуситам город Писек, католическое воинство пустилось наперерез Жижке. Ничего не подозревавший Жижка двигался к этому городу. Узнав, что Писек захвачен большими силами католиков, Жижка уклонился к югу, рассчитывая пройти незамеченным и переправиться через Влтаву где-нибудь возле Тына.
Отряд Жижки, напрягая последние силы, делал большие переходы. Но, вынужденный перевозить с собою женщин и детей, он никак не мог уйти от конников, рыскавших по всем дорогам в поисках еретиков.
25 марта Жижка, успевший пройти на быстром марше Штекень и переправиться бродом через Отаву у Судомержи, был обнаружен разведчиками противника. Панское воинство тотчас перешло Отаву несколько ниже, с востока.
В то же время с западной стороны, от Стракониц, на Жижку двинулись мальтийские рыцари во главе с магистром своим, паном Индржихом Градецким.
Каждый из этих отрядов втрое превышал силы Жижки. Зажатый между ними, что мог он противопоставить огромному превосходству противника?