Ясек чувствовал, что слабеет, что ему не одолеть противника. Но отчаяние и бешенство придали ему силы, и он, подмяв управляющего под себя, изо всей мочи ударил его коленями в живот. У того хлынула изо рта кровь, и он упал без чувств.
Прибежали люди, но Ясека уже и след простыл: он быстрее оленя мчался в лес.
XII
Ночь была теплая, тихая, настоящая весенняя ночь.
Звезды тускло мерцали в пропастях неба, с укутанной туманом земли неслось пение птиц, порой на лугах раздавался хор лягушек. А деревня спала тихо, не слышно было ее дыхания.
Один Ясек не спал. Как только наступила полная темнота, он выскользнул из своего убежища, где сидел со вчерашнего утра, с тех пор, как спасся бегством из парка.
Нигде не видно было ни огонька, не слышно ни звука. До рассвета было еще далеко.
«Уже через несколько часов в путь, в дальние края», — думал Ясек. Как загипнотизированный, он вышел на дорогу к монастырю и зашагал в деревню.
Он сам не знал, зачем идет туда, он забыл об опасности, забыл обо всем и медленно шел посреди дороги.
Деревня спала глубоко и спокойно, из открытых окон слышен был храп, а кое-где в садах, под завалинками белели фигуры тех, кто ночевал на открытом воздухе.