— Ладно, мерзавец! Стань сюда… сюда, к стене! Живее!
Охотник указал место, откуда видна была часть патио — внутреннего двора. Комендант тотчас повиновался, понимая, что иначе его ждет верная смерть.
— Прикажи, чтобы ее привели сюда. Ты знаешь, кто ее стережет. Веди себя смирно, слышишь? Попробуй только подать знак своим холопам! Одно слово, одно движение — и я проткну тебя ножом! Ну?!
— О Господи, Господи!.. Это погубит меня… Все узнают… Я погиб, погиб!.. Умоляю вас, сжальтесь, подождите немного! Она вернется к вам, клянусь! Сегодня же ночью!..
— Сейчас же, негодяй! Живо, действуй! Зови того, кто знает, где она. Пусть ее приведут! Быстрее, не испытывай мое терпение! Еще минута…
— Боже правый! Не убивайте меня!.. Одну минуту… постойте… Ага!
Последний возглас прозвучал совсем по-другому. Это был крик радости, торжества.
Комендант все еще стоял лицом к лестнице, по которой поднялся Карлос, сам же охотник не смотрел в ту сторону, а потому не заметил, что еще один человек поднялся на асотею… И вдруг чья-то сильная рука стиснула его угрожающе поднятую руку. Он вырвал руку, круто повернулся — перед ним стоял офицер. Он узнал лейтенанта Гарсию.
— С вами я не в ссоре! — крикнул охотник. — Не вмешивайтесь!
Лейтенант, не отвечая, выхватил пистолет и хотел выстрелить ему в лицо. Карлос кинулся на него.