— Недалеко от них, полковник. У него свое ранчо, и он, говорят, богатый… для скотовода, понятно.
— Налейте-ка себе стаканчик каталонского, сержант.
Кавалерист протянул руку, наклонил бутылку, наполнил стакан и, почтительно поклонившись офицерам, одним духом осушил его.
Потом, поняв, что он больше не нужен, отдал честь и удалился.
— Что же, — сказал полковник, — как видите, ваши дела складываются недурно.
— И ваши тоже, — ответил Робладо.
— Не совсем.
— Почему?
— Не нравится мне этот ее возлюбленный, этот скотовод. У него есть деньги, к тому же он не робкого десятка — пожалуй, доставит мне немало хлопот. Он не из тех, кого можно вызвать на дуэль,
— по крайней мере, мне, при моем положении, это не к лицу. Но он коренной здешний житель, он их поля ягода — не то что охотник, — и все здесь любят его. И раз он тут замешан, дело принимает совсем другой оборот… А впрочем, не все ли равно! Еще не было случая, чтобы я потерпел неудачу. Доброй ночи, капитан!