Но как ни узка была эта площадка, она все же была убежищем
— ведь они стояли на твердом граните. Все трое вздохнули с облегчением.
Однако опасность еще не миновала, и у них были основария тревожиться за свою участь. Что, если придет в движение и верхняя часть ледника? Ведь лед может внезапно осесть, и они окажутся на головокружительной высоте над черной пропастью.
Даже если ледник в этом месте останется неподвижным, им было чего опасаться.
Карл знал, что случилось: это был ледниковый оползень — явление, которое редко кому удается наблюдать. Он подозревал, что оползень произошел на участке ледника ниже трещины. Если так, то трещина расширилась, огромная глыба гнейса рухнула в пропасть, и обратный путь отрезан.
Наверху ничего не было видно, кроме крутых, нависающих над головой утесов. Человек на них никак не сможет взобраться. Если в этом направлении нет выхода, шутливое пожелание Каспара может исполниться: они окажутся запертыми в этих гранитных стенах, где вместо постели — лед, а вместо крыши — небо. При этой мысли они холодели от ужаса.
До сих пор охотники еще не знали, действительно ли отрезан обратный путь. Выступ утеса закрывал от них ущелье. Инстинкт самосохранения заставил их опрометью броситься к скале. В этот момент никто не вспомнил о трещине и не вглянулся на глыбу. Но теперь они с замиранием сердца думали: не обрушится ли каменный мост?..
Часы шли за часами, а они все еще не решались спуститься на ледник. Стемнело, а они продолжали стоять на своей узкой площадке. Их мучил голод, но какой смысл был спускаться на ледник, ведь все равно там не достать никакой еды.
Всю ночь простояли они на узком карнизе то на одной ногe, то на другой, то упираясь спиной в каменную стену; до утра не сомкнули глаз. Все еще не хватало решимости ступить на лед, который казался таким ненадежным.
Но больше терпеть не было сил. С первыми лучами солнца они решили спуститься.