К счастью, бык стоял на дальнем конце площадки, наблюдая за тем, что делается в долине. Он очень тревожился за свое семейство и громко хрюкал, словно призывая своих назад. Он не мог понять, что вызвало такую суматоху, хотя был уже знаком с ужасными последствиями этих громких звуков. Он подошел к самому краю, словно собираясь спрыгнуть с вершины, забыв о том, что гораздо безопаснее спуститься по отлогому склону.
Когда Каспар карабкался иа площадку, бык услыхал, как звякало ружье, ударяясь о камень, и как только юноша встал на ноги, як повернулся, и взгляды их встретились.
На мгновение оба замерли. Каспар оцепенел от ужаса; его противник, вероятно, был изумлен неожиданной встречей. Правда, пауза была краткой. В следующий миг разъяренный як ринулся вперед, издавая свирепое хрюканье.
Избежать столкновения было невозможно, увернуться некуда! Даже самый искусный матадор не мог бы уклониться от рогов быка на таком тесном пространстве. К тому же Каспар стоял у самого края валуна.
Оставалось только спрыгнуть с площадки на нижний утес и спуститься вниз тем же путем, каким он поднялся. Это и сделал Каспар, повинуясь инстинкту самосохранения.
Скатившись кубарем по склону нижнего валуна, он упал ничком на землю и услышал стук копыт по камню у себя за спиной, и через миг бык ринулся вслед за ним с валуна.
К счастью, Каспар не разбился, и, к счастью, сила инерции, заставившая его упасть ничком, бросила его врага на землю довольно далеко от него. И не успел бык подняться, как молодой охотник вскочил на ноги.
Но куда бежать? Деревья были слишком далеко — ему ни за что не добежать до них! Не успеет он пробежать и половину прогалины, как свирепый зверь догонит его и пронзит своими ужасными рогами… Куда деться? Куда?..
В смятении и нерешительности он повернулся и кинулся обратно к большому валуну.
На этот раз он быстрее взбежал по его склону и ловчее поднялся на площадку, но у него не было надежды на спасение. Он действовал безотчетно, в порыве смертельного ужаса.