— За то, что он так нагло разевает пасть на белых людей!
— Ему тут нечего делать! — вмешался Спенс. — По какому праву он разгуливает на этом берегу реки?
— А вы не имеете права истязать его ни на этом, ни на том берегу, точно так же как не имеете права трогать меня.
— Хо, хо, хо! Мы и с вами справимся! — насмешливо воскликнул Спенс.
Кровь во мне так и закипела.
— Ну, это не так-то легко! — вскричал я, спрыгнув с коня и подбегая к ним.
Моя правая рука была невредима. Заранее предвидя неприятные осложнения, я взял у Хикмэна пистолет и теперь поднял его и прицелился.
— Ну, джентльмены, — сказал я, став рядом с пленником,
— теперь вы можете истязать его! Только предупреждаю вас, что пущу пулю в лоб первому, кто посмеет его ударить.
Хотя все трое были почти мальчишки, но, по обычаю того времени, они носили при себе оружие — ножи и пистолеты. Спенс, казалось, больше всех был расположен выполнить свою угрозу. Но, видя, что Ринггольд, их вожак, отступил, он и Уильямс также последовали его примеру. Ринггольд отступил, так как, ссорясь с нашей семьей, он мог потерять то, чего не могли потерять его приятели. Кроме того, что он боялся за свою собственную шкуру, у него были и другие планы. Все трое в конце концов ушли, недовольные моим непрошеным вмешательством в ссору, которая, как они полагали, меня совершенно не касалась. Пылая злобой, они постыдно оставили поле битвы.