Относительно Джилькса это было жестоко. Конечно, вся беда произошла от его оплошности, но в победе парретитов он был заинтересован не меньше своего приятеля и теперь стоял совершенно убитый.
— Не понимаю, как это могло случиться, — пробормотал он и прибавил торопливо: — Да не может быть, чтобы они это так оставили, Гонки нельзя считать состоявшимися, их должны начать сызнова.
— Ты не сказал бы этого, если бы приз взяла наша шлюпка, — заметил Сильк со злой усмешкой.
— Не понимаю, как это могло случиться, — повторил Джилькс растерянно.
— Дураки никогда ничего не понимают, — проворчал Сильк, поворачиваясь к нему спиной.
XIV
ДЕЛО НЕЧИСТО
Тотчас после гонок вильбайцы собрались у ворот школы.
Общее настроение было бурное. Знаменитое состязание, долженствовавшее разрешить все сомнения, ничего не разрешило. Вопрос о сравнительных достоинствах двух отделений остался открытым, и к чувству вражды и давнишнему соперничеству прибавились зависть, подозрения и оскорбленное самолюбие.
Глядя на взволнованные лица школьников, когда они, разбившись на кучки, подходили к школе со стороны реки, толкуя между собою о несчастье, постигшем шлюпку Паррета, можно было подумать, что дело идет не о лопнувшей веревке, а по крайней мере о гибели всей команды. Парретиты шумели больше всех. Они доказывали, что должны быть назначены новые гонки, а некоторые из них прямо говорили, что тут дело нечисто, что шнурок лопнул не сам собой. Директорские с жаром опровергали это обвинение, крича своим противникам, что они должны или взять его назад, или доказать.