— Это я, Жоржъ Лоррисъ! — сказалъ телефоноскопъ.
Дѣвушка нажала кнопку, и на теле-пластинкѣ появился Жоржъ Лоррисъ.
— Съ чѣмъ васъ можно поздравить, сударыня? Но что я вижу! Это слезы! Вы плачете!.. Значитъ вамъ экзаменъ…
— He удался! — воскликнула она, пытаясь улыбнуться. — Я опять срѣзалась…
— Должно быть эти безсовѣстные экзаменаторы предъявили къ вамъ какія-нибудь необычайныя требованія?..
— Въ томъ-то и дѣло, что нѣтъ! Это именно и приводитъ меня въ такое негодованіе. Вопросы были дѣйствительно не изъ легкихъ, но я могла отвѣтить на нихъ прекраснѣйшимъ образомъ. Благодаря вамъ, я оказывалась отлично подготовленной…
— Что же такое случилось?
— Просто на-просто меня опять погубила несчастная застѣнчивость. Увидѣвъ себя лицомъ къ лицу со строгими судьями, я смутилась, смѣшалась, перепутала рѣшительно все и была завалена грудою черныхъ шаровъ…
— He плачьте-же! Вы явитесь опять на экзаменъ и разумѣется его выдержите! Пожалуйста, Эстелла, не плачьте… Я не хочу, чтобъ вы плакали!.. Я не въ состояніи вынести вашихъ слезъ… Голубушка Эстелла, дорогая моя Эстеллочка!..
— Какъ? «Ваша дорогая Эстеллочка»? — вскричалъ голосъ, раздавшійся позади дѣвушки. — Я нахожу это съ вашей сгороны, милостивый государь, слишкомъ фамильярнымъ!..