— Нет, повыше, — махнув рукой, ответил Даманский.
— Да кто же? — сказал я, делая удивленное лицо.
Помявшись немного, Даманский отвечал:
— Императрица Александра Феодоровна.
— В таком случае передайте ее величеству, что она такая же подданная своего августейшего супруга, как и я, и что оба мы обязаны в точности исполнять его повеление. А потому я ее желания исполнить не могу.
— Как! — воскликнул недоуменно Даманский, — я должен ей это передать? Но ведь она этого хочет.
— К сожалению, — ответил я, — я ее желание, все-таки, исполнить не могу, — и, в виду попыток Даманского убедить меня, я прекратил с ним разговор.
Затем я вызвал отца Васильева. Он передал мне, что императрица Александра Феодоровна поручила ему высказать мне свое мнение о старце:
— Это вполне богобоязненный и верующий человек, безвредный и даже скорее полезный для царской семьи.
— Какая же его роль особенно по отношению к детям в царской семье?