Каким же образом на практике водворить молчание и мир в этой шумной толпе, ссорящейся у источника? Пусть всякий пьет свою воду и дает пить другим. Воды хватит на всех. Нелепо хотеть, чтобы все пили Бога из одного ведра… Вивекананда появляется среди общего шума и силится внушить этим одержимым хотя бы два принципа поведения, два предварительных правила:
Первое: "Не разрушай". - Строй, если можешь, или помогай строить. Но если не можешь, не вмешивайся ни во что. Лучше ничего не делать, чем делать зло. Не говори никогда ничего без искреннего убеждения. Если имеешь убеждение, служи ему, но не вреди служителям других убеждений. Если: у тебя его нет, смотри. Довольствуйся ролью зрителя.
Второе правило: "Принимай своего ближнего таким, каков он есть, там, где он есть, и помогай ему возвыситься", идя по его собственному пути. – Тебе нечего опасаться, Что его дорога удалится от твоей. Бог – центр, где сходятся радиусы, и каждый из нас стремится по одному из радиусов к этому центру. Как говорил Толстой, "мы встретимся, когда придем к цели". Различия исчезают в центре, но только в центре, и разнообразие – закон природы: без него нет жизни. Будем же ему содействовать, но не станем воображать, будто мы можем его создать или им управлять. Все, что нам доступно, это обнести еще неокрепшее растение защищающей его загородкой. Устраним препятствия, дадим ему достаточно воздуха и простора, чтоб оно могло развиваться. Больше ничего. Рост его должен итти – и идет – изнутри. Откажемся от мысли, будто мы можем дать другим духовность. {Я думаю, что к этой фразе нужно добавить следующую поправку, отвечающую интимной мысли Вивекананды:
"Духовность есть во всех, но более или менее скрытая, затаенная или свободно расточенная. Тот, кто является ее источником, уже одним своим присутствием, музыкой своих бегущих вод, служит призывом, будит скрытые родники, не сознающие себя или боящиеся открыться. В этом смысле, несомненно, существует дар живой передачи духовности".} У каждого лишь один повелитель – его душа. Каждый создает сам себя. И нет иного долга, как помочь ему это делать.
Нельзя не восхищаться этим уважением к каждой личности и ее свободе. Ни одна религия не обладала им в такой мере. А в этом именно сущность религии Вивекананды. Ибо какой же у него Бог, кроме всех живущих и каждого из живущих в его свободном развитии. Одна из древнейших Упанишад гласит:
"Все, что существует в этом мире, должно быть осенено Господом".
Вивекананда так объясняет эти слова:
"Нам нужно все осенять Господом. Не в ложном оптимизме, заставляющем нас закрывать глаза не зло, но в лицезрении Бога всюду: в злом и в добром, в грехе и s грешнике, в счастьи и в горе, в жизни и в смерти… Если у вас есть жена, это не значит, что вы должны ее оставить, но значит, что в вашей жене вы должны видеть Бога. Он в ней, в вас и в ребенке… Он присутствует всюду".
Подобное чувство ничего не отнимает у жизни из ее богатств; но оно создает богатство даже из несчастий жизни…
"Сами желания и зло имеют свой смысл. Есть великолепие в страдании, как и в счастьи… Лично я счастлив, что выполнил несколько добрых дел, счастлив, что совершил много злого, счастлив, что впадал в заблуждения, ибо каждое из них было великим опытом… Дело не в (том, чтобы не иметь никаких благ. Имейте все, что хотите. Но знайте истину и осуществляйте ее… Знайте, что все принадлежит Господу, что Бог - в каждой частице вашего существа... Тогда все изменится, и мир, вместо того, чтоб казаться юдолью мучений, покажется вам небесами".