И, поскольку Миссия Рамакришны проникнута верованием в квази-тождество Макрокосма и Микрокосма, вселенского "Я" и личного "я", поскольку она знает, что ни одна реформа в обществе не может быть глубокой и прочной, если она не основывается на сокровенном преобразовании индивидуальной души, – она более всего заботится именно о создании вселенского человека. Она стремится выработать новый человеческий тип, в котором соединились бы самые высокие способности, до сего дня разрозненные, – все разнообразные и дополняющие друг друга способности человека: вершины разума, поднимающиеся над облаками, священный лес любви, потоки действия. Великий Ритм души бьется от одного полюса до другого, от интенсивного сосредоточения до "Seid umschlungen, Millionen!" { Ода к Радости Бетховена. } – до объятий, охватывающих весь мир. Если такой идеал с трудом может быть достигнут отдельным человеком, то Миссия Рамакришны пытается осуществить его в своей Вселенской Церкви, символе своего учителя, "в своем Матхе, представляющем физическое тело Рамакршины". {Вивекананда.}
Мы видим здесь, как повторяется ритм истории. Для нас эти чаяния напоминают чаяния Христовой Церкви. Обе они – сестры. И тот, кто хочет изучать церковь, насчитывающую более тысячи девятисот лет, поступит правильно, если не будет искать ее в умирающих книгах, а приложит ухо к груди ее сестры и прислушается к молодому биению ее сердца. Я не провожу сравнения между двумя образами их человеко-богов, из которых старший всегда сохранит над другим преимущество тернового венца и удара копья на кресте, тогда как другой влечет неотразимым обаянием своей блаженной улыбки, не покидающей его даже в муках агонии, и ни один не уступает другому в кротости и мощи, в божественности сердца и универсальности. Я лишь отмечаю, в качестве добросовестного историка Вечного Евангелия, который пишет под диктовку, что в каждом из своих новых исходов Евангелие росло вместе с человечеством.
II. ПРОБУЖДЕНИЕ ИНДИИ ПОСЛЕ ВИВЕКАНАНДЫ РАБИНДРАНАТ ТАГОР И АУРОБИНДО ГОЗ
Для европейского читателя будет, может быть, небесполезно, если мы дадим здесь очерк развития мысли в Индии за период, отделяющий кончину Вивекананды от того момента, когда моральным руководителем индийского народа стал Ганди. Читателю легче будет определить истинное место обоих вождей – двух судей Израиля - и постигнуть преемственный характер их деятельности.
Индийское национальное движение, подготовляющееся уже давно и пробужденное, как огонь из-под пепла, дыханием Вивекананды, внезапно вспыхнуло через три года после его смерти, в 1905 г. {См. прекрасный труд одного из наиболее умных и энергичных вождей индийского национализма, павшего недавно жертвой своего дела, – Ладжпата Рай, друга Ганди и нашего: Joung India, the Nationalist Movement, Нью-Йорк, 1917 г.} Поводом к этому был раздел древней провинции Бенгалии лордом Керзоном {Рене Груссе (Пробуждение Азии, 1924 г.) подчеркивает роковую роль лорда Керзона. Он же содействовал тому, что Япония раздавила Россию, – а победа Японии имела громадные последствия для всей Азии. Русская революция 1905 г. дала второй предметный урок. Она научила Индию терроризму.} на два округа, один из которых, именно восточная Бенгалия, был присоединен к Ассаму. Это значило – смертельно ранить мозг и сердце Индии наиболее жизненную ее провинцию; умственное развитие ее населения и привязанность его к великому народному прошлому казались английским властям наиболее опасными. Вся Бенгалия поняла это. Прежде чем упомянутая мера была окончательно проведена в жизнь, вожди Бенгалии 7 августа 1905 г. объявили, в знак протеста, общий бойкот английских товаров. Все с воодушевлением повиновались им. При криках "Свадеши" {Этимология: Swa – свой, self; Desh – страна. Swadeshi – туземное, то, что произведено в своей стране.} было решено противопоставить предметам английского ввоза товары, произведенные в Индии. Далее было постановлено основать Народный университет.
Лорд Керзон не пожелал с этим считаться. 16 октября было официально объявлено о разделе Бенгалии.
Бенгалия восстала. В несколько месяцев лицо страны изменилось. Печать, ораторская трибуна, храмы, театры, литература, – все стало национальным. Всюду слышалась ставшая с тех пор известной: "Bandй mataram" (Привет, Родина-Мать!)… Г. К. Гокал, единственный человек в Индийском Национальном Конгрессе, { Индийский Национальный Конгресс собрался в первый раз в 1885 г. До 1900 г. в нем преобладали умеренные лойялисты типа Дадабхай Наороджи. В последующие годы началась оживленная борьба между двумя направлениями – умеренным и радикальным. С сентября 1907 г. истинным вождем индийского общественного мнения стал радикал Тилак (1855-1920 гг.), призывавший открыто к национальному перевороту.- В моей Жизни Махатмы Ганди читатель найдет некоторые сведения о Дадабхай, Гокале и Тилаке.} пользовавшийся наряду с председателем Дадабхай неоспоримым авторитетом и чье влияние на Ганди было позднее почтительно признано последним, организовал The Servants ot India Society (Общество Служителей Индии), "чтобы подготовлять национальных миссионеров для служения Индии".
Именно тогда пробил великий, несправедливо забытый исторический час Рабиндраната Тагора. Он отметил вершину его политической деятельности и популярности. Клеймя робость Конгресса, который "вымаливал" конституцию у английских хозяев, он смело провозгласил Smarвj {Этимология: Swa – свой, self; raj – правление, Selfgovernment – самоуправление.} ( Home Rule), делая вид, что игнорирует британское правительство, и стремился создать правительство индийского народа. Неутомимый оратор, он всюду расточал свое изумительное красноречие, но, к сожалению, лишь скудные отклики его дошли до нас: большинство речей Тагора представляли собою импровизации, и только немногие из них сохранились. {Это немногое было опубликовано в брошюре Greater India, Ганесан, Мадрас.} Он создавал национальные поэмы и гимны, которые сейчас же становились популярными и передавались из уст в уста пылкой молодежью. Наконец, он работал над развитием туземных ремесл и народного образования, на нужды которого отдавал все свои личные средства. Но, когда движение за независимость приняло характер насилия, поэт должен был отойти от него и удалился в Сантиникетан. Он оказался "потерянным вождем" (lost leader), и индийские националисты этого ему не простили.
Другая личность (наиболее возвышенная после него), которую выдвинуло движение за независимость, был его юный друг Ауробиндо Гоз. Он был настоящим духовным наследником Вивекананды. Он только что блестяще закончил свое образование в Англии, в Кембридже. Просвещеннейший человек, вскормленный всей классической культурой Европы, он находился на службе у магараджи Бароды, но оставил свой выгодный пост и принял на очень скромных условиях должность руководителя Национальным Колледжем в Калькутте. Он задался целью выковать характер бентальской молодежи, тесно связывая воспитание с религией, политикой и жизнью всей нации. Под его влиянием и под влиянием Тагора национальные школы и колледжи поднялись против лорда Керзона. Повсюду стали возникать общества и гимнастические залы, где юные бенгальцы упражнялись в спорте и фехтовании, чтоб дать отпор оскорбительным суждениям английских писателей – от Маколея до Киплинга. Множество газет на наречии бенгали и на английском языке, вдохновляемых Ауробиндо и его друзьями, поддерживали агитацию.
В виду продолжения бойкота лорд Керзон послал войска в Баризал, в восточную Бенталию. Несмотря на решительный тон протестов, Индия не пошла дальше пассивного сопротивления до 1907 г. Патриоты позволяли себя преследовать и заключать в тюрьму под приветственные клики народа, но до вооруженной борьбы дело не доходило. Внезапная высылка в мае 1907 г. Ладжпата Рая, без предварительного предъявления обвинения и суда, была искрой, воспламенившей порох. Первый ружейный выстрел прозвучал в декабре 1907 г. Первая бомба была брошена в апреле или мае 1908 г. Помощник губернатора Бенгалии три раза подвергся нападению. На нового вице-короля Индии, лорда Минто, было совершено покушение в ноябре 1909 г. в Ахмедабаде. Парламентский секретарь государственного секретаря лорда Морлея был убит в Лондоне. Забастовки, саботаж, разрушение железнодорожных линий, захваты оружия в магазинах, покушения – становились все чаще. Британское правительство удвоило насильственные меры. В несколько месяцев почти все вожди националистов были брошены в тюрьму, против Ауробиндо было возбуждено преследование за организацию заговора, Тилак выслан на шесть лет в Бирму. 1908 и 1909 гг. прошли как в лихорадке. В следующие два года наступило обманчивое затишье: король Георг V, прибывший в Индию в декабре 1911 г., повидимому, согласился на восстановление административного единства Бенгалии. Но в декабре 1912 г. новое покушение, более серьезное, чем предыдущее, встретило первый въезд вице-короля, лорда Гардинга, в древнюю и новую столицу Бенгалии, Дэли. Лорд Гардинг был ранен, многие члены его свиты убиты, убийца ускользнул от всех розысков, несмотря на громадные суммы, обещанные за его выдачу. В 1912 и 1913 гг. революционное движение развернулось в полной мере. Мировая война изменила ситуацию, вызвав предумышленное и малоискреннее сближение правительства Империи с Индией, которая, поддаваясь только что начавшему проявляться влиянию Ганди, вернувшегося из Южной Африки, слишком поверила обещаниям этого правительства. Всем известно, что затем последовало разочарование и началось мощное движение пассивного Сопротивления, организованное Ганди.