Ср. в моем примечании 1 к первому тому этого труда о Физиологии Индийской Аскезы принадлежащие ногам описания вознесения Кундалака Шакти до лотоса о тысяче лепестков в мозговых полушариях.}

"Ничем иным"? – Что же вам нужно? Как, вы располагаете (вы сами это признаете) орудием для проникновения в самую глубину функционального сознания и сверхчувственной жизни, и вы не пользуетесь этим для полного Познания всей деятельности духа? Вы, ученые знатоки Бессознательного, вместо того чтобы стать гражданами этого беспредельного царства, дабы лучше овладеть им, входите в него лишь как чужестранцы, одержимые предвзятой мыслью о превосходстве своей собственной родины, не умея отделаться от портящей вам зрение потребности сводить все, что вы видите в этом неведомом мире, к меркам мира, вам привычного.

Подумайте, какой необычайный интерес представляют захватывающие описания, данные многовековым рядом мистиков индийских, александрийских и христианских, которые, не зная друг друга, с одинаковой ясностью прошли через один и тот же опыт – описания тройного движения мысли, {Три движения: "круговое", когда мысль вся целиком вращается вокруг самой себя; по "спирали", когда она размышляет и рассуждает дискурсивным образом; "по прямой", когда она направляется во внешний мир (ср. сочинения Плотина, Порфирия, Прокла, Гермия, Дионисия Ареопагита и др. и разбор их, принадлежащий Морелю).} и в особенности "кругового движения", исследованного ими до конца и "являющегося, в точном смысле слова, психическим движением чистой интроверсии, отходящей от периферии и стремящейся к центру", - этой мощной реки Стикса, которая семь раз опоясывает Существо, этой круговой пляски, этого могучего притяжения центра, центростремительной силы внутренней души, которая соответствует силе всемирного тяготения, действующей во внешнем мире!.. Или это ничего не значит – постигать непосредственным внутренним восприятием великие космические законы и силы, которые управляют вселенной, подчиненной нашим чувствам?..

Сказать, что это познание психических глубин ничего не говорит нам об истинах внешнего мира, – это для человека науки означает бессознательно следовать предрассудку высокомерного непонимания, столь же нелепому, как и предрассудок религиозных спиритуалистов, возводящих непроходимую стену между духом и материей. Что такое эта "функция реального", знаменосцами которой считаются научные психологи? И что такое "реальное"? Постигается ли оно? Присуще ли оно наблюдениям, обращенным к внешнему миру или внутренним созерцаниям, которое, подобно Св. Иоанну на картине Рафаэля "Диспут", смотрит и читает чрез сомкнутые веки? "Движение" ли это по "прямой линии", или "по спирали", или "по кругу"? Нет двух реальностей. Что начертано в одной, то есть и в другой. {Я счастлив, что моя мысль совпадает здесь с мыслью одного из знатоков "Нового воспитания", д-ра Адольфа Ферьера, основателя и вице-директора Международного Бюро Воспитания, высказанной им в монументальном труде "Духовный Прогресс" (первый том Конструктивного Воспитания, 1927 г., Женева):

"Если разум различных индивидов может быть приведен, как к общему знаменателю, к Разуму, понимаемому как нечто сверхиндивидуальное, безличное… это значит, что по своей сущности дух каждого и то, что принято называть его природой, составляют часть одной и той же реальности, имеют одно и то же начало, произошли от одной и той же космической Силы" (стр. 45).

Итак, если интроспекция позволяет подняться, я не говорю, к самому началу, но ближе к началу, к жизненному источнику, который является одной из форм всемирной Силы, – зачем пренебрегать ею? (Ср. в том же труде д-ра А. Ферьера главу III, I, "Человеческий микрокосм соответствует макрокосму", самое заглавие и идея которой соответствуют ведантической концепции, выраженной Вивеканандой в нескольких наиболее знаменитых лекциях его. Джнана-иоги.) } Законы внутренней психической сущности по необходимости таковы же, как и законы реального внешнего мира. И если вы научитесь хорошо читать в одной, то есть все основания ожидать, что вы найдете в ней подтверждение (или предчувствие) того, что вы прочли или прочтете в другой. Когда я читаю глубокую мысль Лао-Цзы, что "колесо состоит из тридцати видимых спиц, ко оно вращается благодаря невидимой пустоте в центре ступицы", – я думаю о новейших гипотезах, до которых добралась теперь астрономическая наука, обнаруживающая, что очагами бесчисленных миров являются бездны космической пустоты… Думаете ли вы, что Лао-Цзы могла бы притти в голову мысль, если бы в ней тайно не запечатлелись формы универсальной космической субстанции и ее неведомые законы?.. Гипотеза – скажете вы?- Не в большей и не в меньшей мере, чем ваши наиболее надежные и плодотворные научные гипотезы. И логически она правдоподобна, ибо она отвечает строгой экономии законов вселенной и сочетается с их природной гармонией.

Но, если это так, разумное пользование глубокой интроверсией человеком науки могло бы дать человеку науки неисчислимые возможности: ибо это был бы новый метод экспериментирования, имеющий то преимущество, что экспериментатор отождествляется с наблюдаемым объектом… Плотиновское единство видящего и видимого. {В действительности всякий великий научный экспериментатор в большей или меньшей степени отождествляется с предметом своего опыта. Отличительной чертой всякой страсти, будь предмет ее плотским или духовным, является то, что она объемлет объект и стремится к слиянию с ним. Известный физик-биолог Ж. Ч. Боз говорил мне, что он чувствовал, что становится единым с наблюдаемыми им растениями, и теперь еще до производства опыта он провидит в себе их реакции. В еще большей мере это имеет место у поэтов и художников. Я отсылаю читателя к главе об Уитмене во втором томе настоящей книги.}

Ясная интуиция Плотина, сочетавшего в себе дух эллинского наблюдения и восточного самоуглубления, описывает этот акт:

"Может случиться, что душа обладает чем-либо, не сознавая этого. {Слово сознание означает здесь интеллектуальное, дискурсивное сознание. Очевидно, что оно заменяется высшим сознанием, – называть ли его функциональным, как Морель, или совершенным разумом, как Плотин, который так поясняет свою мысль: "Дискурсивно можно созерцать только то, чем еще не обладаешь… Совершенный разум не ищет ничего более; он покоится в очевидности того, чем он полон" (Эннеады, III, VIII, 2 - 5). } Тогда она обладает этим в большей степени, чем если бы сознавала. Действительно, сознавая, она обладает этим как вещью, ей посторонней и отличной от нее, когда же она не сознает, она есть то самое, чем она обладает. { Эннеады, IV, IV, 4. Ср. анализ интуитивной мысли современного французского автора Эдуарда Ле-Руа:

"Необходимо, чтобы дух… освободился от разделяющего эгоизма, чтобы пришел в состояние повиновения, аналогичное очищению сознания у аскетов, состояние великодушия, сходное с деятельной любовью, которая угадывает и понимает, ибо забывает себя, ибо соглашается совершить усилие превращений, необходимых для того, чтобы раствориться в своем объекте и достичь совершенной объективности… " и т. д. (Дисциплина Интуиции, журнала "Vers l'Unitй", 1925, No 35-36).