«Значит, в небе спят, — восклицает он в другом стихотворении, — раз один человек завладевает имуществом стольких людей!»
И порабощенная Флоренция отвечает на его стоны[195]:
Пребудьте вы в своем священном строе,
Ведь кто решил, что вас меня лишает, —
От страха не вкушает преступленья.
Так любящим печальней положенье
В обильи, что страстей смиряет волны,
Чем в горестях, когда надеждой полны [196].
Надо представить себе, чем для тогдашних душ было взятие Рима, и падение Флоренции: ужасающим банкротством разума, крушением! Многие от него уже не отравились.
Себастьяно дель Пьомбо впадает в гедонистический скептицизм: