— Он все-таки не выпил, — пробормотал горец, глядя ему в след.
Это доказывало, что Айртон не хотел дружеских отношений.
Когда в долине распространился слух, что и Айртон и Сесиль высказались в пользу школы, другие присоединились к ним. Было решено, что попечители должны приискать учителя как можно скорее.
Тайный винокур Берк, который пользовался своим уменьем читать и писать только для того, чтобы изыскивать средства получше провести акцизных чиновников, говорил:
— По моему, здесь мальчикам образование не нужно. Каждый знает свою землю, и земли хватает на всех. Вовсе не надо учителя с дипломом и со всякими штуками. Постарайтесь найти молодую учительницу, — она за те же деньги останется у нас три месяца вместо двух; жить и кормиться она будет у учеников по очереди. Я могу взять ее к себе на первый месяц.
— Я стою за все самое лучшее. — сказал Айртон, — в учении, как и в разведении свиней. По моему, лучше меньше, да лучше. Все же в том, что ты говоришь, Берк, есть доля правды. Нечего нам платить за те науки, которым наши мальчики не будут учиться.
Айртон сам отказал бы себе во многом, чтобы иметь учителя получше, но он знал, что жители долины были слишком бедны, чтобы дорого платить. Выбор учителя был поручен ему и он старался считаться с желанием остальных.
Рожь была уже снята, пшеница созрела и варенье было, уже сварено, когда Айртон объявил об открытии школы. Никто, кроме трех попечителей, еще не видел учительницы, но было известно, что она приезжает на десять недель. Это доказывало, что учительница была дешевая, так как вся плата, которую община могла предложить, была 140 долларов.
В день открытия школы на дрожках Айртона приехала учительница. У школы собрались все дети, а также и большинство родителей. Вид прибывшей вызвал всеобщее удивление. Она была маленькая, хрупкая, и хотя одета очень просто, привлекательная и даже хорошенькая.
