Внезапно им овладело какое-то полусознательное чувство опасности и он вскочил, не вполне проснувшись.
Шалаш был освещен каким-то тусклым светом, воздух был полон характерным запахом горящего керосина.
Тогда он с ужасом понял: шалаш горел, тусклый свет исходил от тлеющего леса. Одним прыжком мальчик подскочил к своей маленькой полке, схватил свои книги и сокровища, в том числе «Прадедушкину книгу», подбежал к двери и с силой схватился за ручку.
Дверь была заперта, Хюг выругал сам себя, откинул засов, повернул ключ и коленом толкнул дверь — она не открылась. С нетерпением и досадой Хюг изо всех сил ударил дверь, которая всегда легко открывалась. Но дверь даже не шевельнулась; он мог с тем же успехом колотить по стене.
В отчаянии, он бросился на дверь всем телом, сосредоточив весь удар в плече. Толчок отбросил его назад, дверь не шевельнулась.
На минуту им овладел ужас. Он хотел закричать. Но тут взгляд его упал на электрические приборы и вид их успокоил его. В течение четырех лет он научился спокойно мыслить. К нему вернулось присутствие духа. Он быстро взглянул кругом и увидел, что положение серьезно. Шалаш горел во многих местах, а дым, врывавшийся со стороны окна доказывал, что и снаружи он в огне.
Бежать было необходимо. Он снова изо всех сил толкнул дверь, но безуспешно. Тогда он стал осматривать ее, чтобы понять, в чем дело.
Тлеющий лес тускло освещал хижину, но Хюгу все-таки удалось увидеть в двери винт, прикреплявший ее к косяку.
Вчера этого винта не было.
Так вот почему дверь не открылась: она была забита. Он был заперт в горящей хижине. Но дверь не могла сама забиться. Кто-то умышленно сделал это, вероятно, перед тем, как поджег шалаш.