С крутой стороны, нужно принимать во внимание эффективность действий авиации при преследовании. Это как бы «добивание» противника. Трудно заранее предвидеть род целей («войск»), подлежащих поражению. В одном случае это могут быть еще сохранившиеся достаточно боеспособные части главных родов войск, в другом — уходящие обозы. В условиях преследования объектом поражения могут быть цели тактические, поражение или дезорганизация которых будет, однако, иметь оперативное значение.
Трудно предусмотреть характер действий авиации при преследовании: даже наиболее импровизированные действия могут дать крупный результат. Поэтому на поставленный авиационному командиру вопрос «чем?» правильно было бы ответить: «Всеми имеющимися в распоряжении средствами». Это не значит, что следует допускать неорганизованные действия авиации. Но при преследовании отступающего противника можно допускать значительные отклонения от положений устава (что, впрочем, предусматривается § 12 «Устава авиации»), как, например: высылать бомбардировочную авиацию днем, разрешать импровизированное бомбардирование авиацией сопровождения и истребителями, производить более глубокую разведку самолетами авиации сопровождении, применять истребительную авиацию для выполнения разведывательных задач и т. д.
Подобные же действия могут выпасть на долю авиации в тяжелый для нас период, во время отступления, когда командование исчерпало все свои средства, когда ему нужно во чтобы то ни стало сдержать противника. При отступлении такие действия для авиации необычайно обременительны и сопряжены с огромными потерями. В этом случае авиация сталкивается с противником упорным, высоко боеспособным, хорошо организованным, располагающим подготовленными средствами противовоздушной обороны. Поэтому, бросая свою авиацию на войска противника, не считаясь при этом с потерями, следует отдать себе отчет в том, поможет ли это. Если превосходство противника кратковременно и жертвы авиации позволят спасти положение, решение бросить авиацию в бой правильно и законно; если же героическое самопожертвование авиации не в состоянии изменить соотношение сил и ничему не поможет, нужно задаться вопросом, стоит ли — даже при таких обстоятельствах — уничтожать столь ценное оружие и не лучше ли вообще отказаться от боевых действий авиации и поскорее отправить ее в глубокий тыл, где армия, оправившись, приступит со свежими силами к новой операции.
Во время самого боя, когда имеется возможность подкрепить войска новыми силами, действия авиации по земным войскам относятся к числу действий наиболее планируемых.
Начиная бой, командование должно учитывать возможность подхода новых сил противника. Правда, ведя тщательную воздушную разведку, он в значительной степени предохраняет себя от неожиданностей. Но, если даже в данный момент в тылу у противника нет крупных, замеченных авиацией неприятельских сил, командование не должно приходить к убеждению, что в течение самого боя не подойдут новые силы или что у противника нет резервов, не обнаруженных авиацией. Поэтому, начиная бой, командование должно обращать пристальное внимание на тыл противника, заблаговременно учитывая возможность того, что придется сдерживать неприятельские силы, которые могут направиться к полю боя. О таких предположениях следует заранее уведомлять авиационного командира, чтобы он имел время подготовиться к возможному вылету, чтобы он изучил условия местности, чтобы он вел специальную разведку непосредственно в интересах данного вылета.
Поэтому в данном случае опрос «когда?» нужно брать в гораздо более общем значении, ставя момент вылета в зависимость исключительно от решения авиационного командира, который обнаружил своей разведкой угрожающие части противника, следит за их движением и изучает условия местности.
В наших условиях, повидимому, не должно быть других положений, которые требовали бы поражения авиацией тех или иных родов войск противника.
Из сказанного следует, что авиационный командир может дать ответы не только на вопросы «чем и как?», но иногда и на вопрос «когда?» В первых двух случаях (преследование и отступление) необходимо вводить в дело все силы; в третьем случае (во время боя) нужно иметь силы, специально предназначенные и соответственно подготовленные для атак земных войск.