— Все это верно, как верны мои часы, — кричал он, вытаскивая допотопные часы, — и постараемся же все быть к четырем часам у Биржи Труда. Я могу вам сказать только одно: предстоит работа.
Раздался голос, который, казалось, брал приступом укрепления, башни св. Анны, Холм Перепелок — это была "Иерихонская Труба":
Негр заводов,
Каторжник рудников,
Илот полей,
Вставай, могучий народ!
Рабочий, машины — твои!
Крестьянин, земля — твоя!
Наэлектризованные этой песней все заревели:
Рабочий, машины — твои.