Казалось, каждый — смел и волен.
Пестрела жизнь и гулкий звон
Широко падал с колоколен.
Казалось, счастье близко всем,
И, как невидимая птица,
Трепещет в ласковых лучах,
И от того так светлы лица.
Лишь на мгновенье кто-нибудь
Склонялся в сдержанной тревоге,
И мягко падали грачи