Пленники молчали.
— Советские моряки, — жестко проговорил Алендорф, — я уполномочен предупредить вас: по военным законам, которые должны быть для вас священны, в случае отказа отвечать вы подвергаетесь смертной казни. Отвечайте, боцман Бакута! Отвечайте, матрос Мурашев!
— Не знаю, — пожал плечами Андрей. — Нам ничего не известно.
Алендорф перевел его слова судьям, и тучный японец, видимо командир крейсера, глазами указал на Нину.
— Фрейлейн Нина, что вам известно? — спросил Алендорф.
— Ничего…
— Когда вашу каюту стал посещать Накамура?
— Намерены ли вы, боцман Бакута, что-либо разъяснить суду?
— Поговорить можно, — согласился боцман. — Если хотите, могу высказаться.
— Говорите. Старайтесь изъясняться короче.