Путь пароходов лежит в стороне. Лишь изредка мы видим на горизонте дым или сигнальные огни. В океане расположены звукоуловители и телевизоры, и мы за десять миль слышим и видим проходящие суда. Надеюсь, достаточно? Но вот вам еще одно из чудес техники: «Крепость синего солнца» имеет палубу из сплава, прозрачного, как стекло, и прочного, как металл. Но наша беда — у нас не хватает людей. Исключительных трудов и осторожности требуют тайная вербовка и доставка сюда людей. Должен признаться, вы прибыли очень кстати...
— И вы хотите, — сказал Головин, — превратить нас в рабов?
— О нет! Добросовестная служба, полное подчинение, и после успешной войны в качестве награды вы получите...
— Нужно ли напоминать, что мы — советские моряки?
— Что же из этого? Я тоже не азиат. Пользуюсь случаем, чтобы представиться: Рихард Алендорф — бывший командир подводной флотилии германского флота. Ныне консультант...
— Сравнение по меньшей мере бессмысленное!
— Не будьте грубы. Оцените мое к вам еще ничем не оправданное расположение. Мы здесь единственные европейцы, и среди вас милая фрейлейн. До свиданья, обдумайте с друзьями, какая работа вас более устроит.
После этого европеец с наигранной церемонностью откланялся и, задержавшись в дверях, добавил:
— Откровенность моя, конечно, имеет основания. Я уже имел честь уверить вас, что вы никогда не уйдете отсюда.
Тысячи проклятий Бакуты понеслись ему вслед. Штурман насилу успокоил разбушевавшегося боцмана.