-- Можете, только после, когда-нибудь,-- отвечал он.
Теперь, я думаю, пора пришла. Хотелось мне напечатать эти воспоминания во время поминок, бывших в этом году по Ф. М., но некоторые обстоятельства помешали мне это исполнить.
На похороны приехали какие-то дальние родственники Рожновского, которым я вместе с хозяйкой квартиры и сдал все имущество и бумаги покойного, за исключением двух объемистых рукописей, заключающих в себе записки А. Рожновского... Записки эти заключают в себе массу ценного и крайне любопытного материала и завещаны мне покойным с одним условием: я имею право издать их на русском языке после того, как они предварительно появятся на польском.
Мне тоже не удалось проводить тела покойного: спешное дело внезапно вызвало меня в Москву.
ПРИМЕЧАНИЯ
Печатается по газете "Кавказ", Тифлис, 1882, 13 февраля, No 40; 14 февраля, No 41.
1 Берг -- владелец разнообразных петербургских аттракционов. Ср. в романе Достоевского "Преступление и наказание": "...Говорят, Берг в воскресенье в Юсуповом саду на огромном шаре полетит..."
2 Речь идет о польских повстанцах.
3 Василий Григорьевич Кривцов (1804--1861), плац-майор омского острога, изображенный Достоевским в "Записках из Мертвого дома" под прозвищем "Восьмиглазый". В первом письме к брату после выхода из Омского острога Достоевский писал о Кривцове: "Каналья, каких мало, мелкий варвар, сутяга, пьяница, все, что только можно представить отвратительного" (см. о нем в кн. В. Вайнермана "Достоевский и Омск". Омск, 1991).
4 В письме к младшему брату писателя Андрею Михайловичу от 16 февраля 1881 г. друг молодости Достоевского врач А. Е. Ризенкампф также утверждает, что плац-майор Кривцов "подверг его телесному наказанию". Однако анализ других, совершенно разнотипных свидетельств позволяет со всей определенностью утверждать, что Достоевский на каторге все же не подвергался телесному наказанию (см. об этом: M. M. Громыко. Сибирские знакомые и друзья Ф. М. Достоевского. 1850--1854 гг. Новосибирск, 1985). Свидетельство А. К. Рожновского о том, что Достоевский подвергался на каторге наказанию розгами, опровергает также старший адъютант Омского корпусного штаба Н. Т. Черевин (см. "Русская старина", 1889, No 2. С. 318).