В обвинительном заключении, оглашенном на открытом судебном заседании по делу Александра Барвинского 27 января 1948 года во Львове, было сказано:
«Юрий Панькевич был направлен из-за границы на связь к Барвинским в 1946 году».
Бывший агент немецких разведывательных органов абверкомандо 106–102 и «Цеппелин», Юрий Панькевич, будучи перевербован в Италии английской разведкой, направлялся по ее поручению во Львов, имея специальный пароль именно к Барвинским.
Однако на пути у Панькевича возникло неожиданное препятствие — советская контрразведка. Панькевич пытается устранить работника органов советской государственной безопасности, мешающего ему связаться с Барвинскими, готовит его убийство, но в самую последнюю минуту неожиданно для самого себя оказывается разоблаченным и пойманным. План и связь не удались! Вместе с ним была арестована и поймана оуновка, террористка Леось, по кличке «Русалка». Оба они на следствии, под тяжестью улик, сознались во всем.
На суде прокурор спросил Барвинского:
— Каким же это образом английский капитан послал сюда к вам Панькевича? Разве английский капитан — хозяин украинских земель? Для чего Панькевич был направлен сюда?
Барвинский отвечал:
— Ясно для чего. Со шпионскими заданиями!
…Спустя некоторое время после ареста Юрия Панькевича Наталка Барвинская говорила доктору:
— Ты знаешь, Сашко, какой провал? Арестован Юрий Панькевич!