- Гоп! Гоп! Хочу быть с царской дочерью в дремучем лесу, где я с братьями плутал.
Царевна и крикнуть не успела, как оказались они на лесной поляне, на траве-мураве. Сдёрнул Тодераш шляпу, признала его царевна и прикинулась, будто рада.
- Чудной ты, Тодераш! - говорит.- Что же ты меня сразу не увёз? Я же хотела за тебя пойти, да отец с матерью противились. Вот пусть теперь поплачут. Заживём мы с тобой в лесу, я тебя научу, как кошелёк и рог вернуть, как обидчиков проучить. Ластится к нему царевна, приговаривает:
- Вот бедовый, вот молодец, сумел своего добиться!
А Тодераш и размяк.
- Давно бы,- говорит,- тебя умыкнул, будь у меня эта шляпа. Её наденешь - невидимкой станешь. А стоит сказать: 'Гоп! Гоп! Хочу быть там-то и там-то!' - вмиг куда хочешь перенесёшься.
Сказал - а царевне только того и надо. Стала она его нежить да голубить, пока Тодераша сон не сморил. Тогда надела она его шляпу на себя и говорит:
- Гоп! Гоп! Хочу быть в отцовских палатах!
И впрямь очутилась у себя во дворце, а Тодераш на поляне спать остался. Вот проснулся он, хватился - нет ни царевны, ни шляпы. Что тут делать? К братьям стыдно на глаза показаться, раз их подарки из рук упустил. И пошёл Тодераш по лесу куда глаза глядят. Впору хищному зверю на растерзанье себя отдать - так ему свет не мил сделался. Вот бродит он, бродит по лесу, жажда его донимает, голод мучает,- и выходит к раскидистой яблоне, яблоки на ней - с кулак величиной, румяные, налитые, так в рот и просятся. Сорвал Тодераш сразу два яблока, съел, и вдруг выросли у него на голове рога, тяжёлые, витые, как у вола.
'Ну и ну! - думает Тодераш.- Так мне и надо. Попали мне чудные дары, а я их из рук выпустил, за царской дочерью погнался. Бодайся теперь, дурья башка, вот тебе царская дочь!'