— Какая гадость!
— Ничего, зато скорей выздоровеете! — сказала Настя, стараясь умерить свой громкий голос. Она ловко взбила подушку, осторожно поправила одеяло. — И больше чтоб у меня не вставать! Доктор не велит!
— Что вы, Настя! Видите, я, как пласт, лежу.
— Беда мне с вами!
Соседка налила в стакан свежую воду из графина, стоявшего на круглом обеденном столе, бесшумно вышла из комнаты. Снова приоткрыла дверь и тихо сказала:
— Если что надо — позовите. А вставать — ни-ни!
И ушла.
Тамара Петровна закрыла глаза. До чего же некстати она заболела! Как там ее девочки? Как Женя? Превозмогая себя, Тамара Петровна поднялась с постели и позвонила в детский дом:
— Как Женя?
Ксения Григорьевна ответила спокойным голосом: