— Ну что? Как?
— Сдала?
— Посмотрим, что покажут остальные экзамены. Пока еще неизвестно, — сдержанно сказала Женя и обернулась к Нине, которая уже сняла разбухшие от дождя туфли и бегала по коридору в мокрых чулках, оставляя на паркете темные следы: — Пойди скорей переоденься!
В эту минуту в коридор вышла Мария Михайловна.
— Поздравляю! — Она протянула Жене руку, точно взрослой. — Мне сейчас Тамара Петровна звонила.
Тут и Мария Михайловна заметила промокшую босую Нину:
— Это что еще за чудо-юдо?
— Мария Михайловна, вы ее не браните, пожалуйста, — поспешно вступилась Женя. — Это из-за меня. Она меня встречать бегала.
— Нина, ты же простудишься! — кинулась к ней Зимина.
Ксения Григорьевна вечно из-за чего-нибудь тревожилась. Увидит какую-нибудь царапину у девочки — и сразу начнет волноваться: «Надо смазать иодом, надо перевязать…» Кто-нибудь чихнет, а Ксения Григорьевна уж тут как тут с компрессом, с полосканием, с градусником. Такой уж у нее был беспокойный характер. А сейчас она даже за голову схватилась: