Мария Михайловна, не отвечая, повела Нину в кастелянную.
При виде взлохмаченной, оборванной Нины кастелянша всплеснула руками:
— Батюшки, что еще за фигура? Где тебя, голубушка, так угораздило?
— Тетя Даша, как эту козу одеть? — проговорила Мария Михайловна. — Найдется у вас что-нибудь?
— Озорница! Одно слово озорница! — ворчала кастелянша, проходя в соседнюю комнату. — Опять ей новое платье подавай… Да на тебя не напасешься!
Кастелянша вернулась с ворохом одежды и стала его перебирать:
— Это не подойдет — размер не тот… Из этого выросла, не влезешь… Разве что вот из этого перешить?
Наморщив лоб, Мария Михайловна изучала платье. Вдруг она отодвинула всю груду в сторону:
— Тетя Даша, не надо. Найдите ее прежнее платье, голубое.
Кастелянша ушла с головой в свой бездонный сундук и достала платье, которое трудно было назвать голубым. Его еле отстирали от угля, и оно все полиняло.