Глаза Жени наполнились слезами. Потихоньку, чтобы никто не заметил, она смахнула их рукой.
Обгоняя трамваи, «опель» сердито загудел и свернул на широкое Садовое кольцо.
Женя придвинулась к водителю, осторожно потянула его за ремень и шопотом сказала:
— Вася, газани, чтоб с ветерком, на все девяносто километров!
— Что ты, Катюша, нельзя! Порядок в Москве строгий. Милиционер остановит, неприятностей не оберешься! — Он показал на желтый кружок, висевший над улицей: — Видишь, знак — скорость пятнадцать километров.
Теперь Женя все время следила за знаками. Как их много! На каждом углу… Сюда можно повернуть, сюда нельзя, здесь школа, там переход…
Оставив позади станцию метро «Красные ворота», машина снова заколесила по тесным закоулкам. Поворот. Еще поворот. «Опель» понесся по улице Жуковского. Побежал обратно, опять свернул. Но вот Вася замедлил ход машины.
— Ага, угол Фурманного. Тут, значит, — проговорил майор, стараясь рассмотреть номера домов. — Нам нужен третий… А это? Эх, проскочили!
Дом номер три находился на другой стороне. Машина повернула назад. С любопытством и тревогой смотрела Женя на старинный двухэтажный особняк — белый с красной крышей. Толстые колонны наполовину вросли в стену. Между колоннами отсвечивали зеркальные стекла высоких окон. Сквозь них ничего не было видно.
Позади дома зеленел сад, а дальше, огораживая стройку, тянулся дощатый забор. Голубая краска его давно полиняла и облупилась. За ним высоко в воздухе, точно богатырское плечо, плавно разворачивался мощный кран. Длинная стрела его, словно гигантская мускулистая рука, опустилась и скрылась за забором. А вот она снова поднялась к шестому этажу, легко неся строителям великанью охапку тяжелых чугунных труб.