Адольф. Я шел убить не из-за ревности, Нина!
Нина. Тогда не убивают вовсе! Принимают душ, едут в деревню, словом, проветривают мозги! Но не убивают! Я тебе говорила: ты не любишь, ты рассуждаешь. Я скажу, что тебе надо было делать. Надо было подумать так: «У Нины есть любовник, это, конечно, моя вина. Моя большая вина. И если мне это не нравится, я сам в этом виноват!»
Адольф. Почему ты вышла за меня замуж?
Нина. Потому что ты меня об этом попросил, а я была настолько вежлива, что не смогла тебе отказать.
Адольф. Значит, я был неправ, попросив тебя об этом.
Нина. Нет, ты был прав. Ты знал, что делаешь это, чтобы быть счастливым со мной. Очень счастливым.
Адольф. Я…
Нина. А разве ты несчастен? Четырнадцать лет ты был счастлив! Ты не можешь наплевать на четырнадцать лет счастья только потому, что двенадцать часов назад ты узнал о сопернике! Почему я приняла твое предложение? Возможно потому, что я уже знала…
Адольф. Знала что?
Нина. Дорогой Адольф!.. Я знала, что никогда не встречу настоящего мужчину. Мужчину, который сильнее меня.