Как стрела, оперенная лебединым крылом.
- Слышишь, Мэчит? - стонал Бухарбай. - Это про нее поют, значит, она жива... О, я несчастный!.. И я не умел сберечь это сокровище...
А слепой байгуш сидит и поет:
Нет цены хорошей лошади,
Она все для джигита:
И дом, и богатство, и честь.
Без лошади нет и джигита!
Пришел Бухарбай к старому Цацгаю и сказал:
- Я ухожу, старик...
- Куда?