— Давайте-ка сделаем прорубь!
Мы быстро сбегали в избушку дяди Никиты и вместе с ним вернулись с ломом и лопатами. Работа оказалась нелегкая. Лед был довольно толстый, но все же через несколько минут прорубь была готова. Прорубили ее как раз над тем местом, где у бобров по дну шла подводная дорожка к их хатке. Все склонились к проруби и стали напряженно всматриваться — не заметим ли в глубине хоть какие-нибудь признаки жизни наших бобров.
— Бобки, Бобки! — позвал дядя Никита.
Мы прислушались — ни звука. Неужели же они погибли там под льдом и снегом?
Вдруг вода в проруби вздрогнула, и из нее показались две знакомые мордочки.
Бобры быстро вылезли на лед, и мы на радостях начали угощать их свеженарезанными ветками.
Наевшись, зверьки принялись расчесывать лапками — приводить в порядок свои шубки. Потом они заковыляли обратно к проруби, бултыхнулись в воду и исчезли. Прошло несколько минут, а мы все стояли и смотрели в темную прорубь под лед. Легкая морозная пленка уже начинала затягивать воду, и на нее медленно падали крупные белые снежинки…
— Ну, прощайте, Бобки! Прощайте до весны.
Мы встали на лыжи и отправились домой.