– Кто погиб? Кого сожгло солнце? Кого жаль? – услышали все голос жука из-под, почему-то необгоревшего от солнца зелёного листа. Все замерли от неожиданности. Взглянув на «говорящий лист», увидели, что он ещё и стал шевелиться. И вдруг пополз. В испуге букашки бросились врассыпную. «Листочек» встряхнулся и обгоревшие его части, отпали. Изумлённый вздох восхищения пронёсся по земле. На фоне заходящего светила сверкал необыкновенной красоты жук. Он был похож на камушки, что иногда сверкали, то тут, то там. Жук стал похож на эти камушки. Он, как изумруд, с оттенком зелени, серебра, золота, да и самого солнца. В зависимости как он в это время к нему поворачивался.
– Вот это да-а-а! - восхищённо закричали жучки, – Солнечный Жук!
Жук был счастлив. Наконец-то он стал отличаться от других. Он и действительно очень необычный Жук. Его верхняя часть, надкрылья, стали тяжёлыми и приобрели свойства панциря черепахи. Они не открываются, как у остальных жуков, а остаются неподвижными, охраняя хрупкое тельце от солнечных лучей.
– А как же тогда ему удаётся летать?
– У него есть крылышки, очень тоненькие, хрупкие и прозрачные. Он их выпускает из дырочек, что находятся по бокам панциря. И это удивительное чудо. Тяжёлого Жука несут лёгкие крылышки. Ещё он так похож на драгоценный камень, что его легко можно с ним спутать. Люди были так восхищенны этим красавцем, что захотели быть на него похожими. Раскрашивали себя и одежду, называя себя «солнечно-драгоценными». В Древнем Египте Жука называли «металлическим жуком», за его громкость и раскраску.
– Ба, – выкрикнул Мальчик, – а он и действительно «металлический», как робот!
– Как ты хорошо сказал. Я сама бы и не додумалась. Жук-робот!
Тут Жук, что продолжал сидеть у Мальчика на ладошке, расправил крылышки и легко взлетел, с низким, как у самолёта гулом. Набрав высоту, вдруг исчез в лучах солнца.
– Испарился, – вздохнула Девочка, – твой «робот» улетел.
– А где Солнечный Зайчик? – удивился Котёнок, – Он же рядом со мной сидел? Все были озадаченны такой неожиданностью. Их друг никогда не улетал вот так, не попрощавшись.