- Люди не обленились, - вздыхает Анютка, - и я, и бабушка с ног сбились. Вечером наведем порядок, а утром встанем - как будто год в доме не прибирались. Бабушка Настасья на Фенечку думает, а мне кажется, что не может одна кошка столько бед наворотить. Кто-то ей помогает.
- Или мешает, - подпрыгнул на месте Кузька. - Кошки в доме для порядку заводятся. Не могут кошки безобразия творить. Не для того они придуманы. Это не мыши и не дети малые. Это у нас тут кто-то другой завелся.
Глава 3. ШИШИТА-ВРЕДНЮЧКА
Не спится Кузьке, не играется Кузьке, не работается. Сидит домовенок на шестке печи, думает. Что же случилось, пока его дома не было? Неужели зловредная Баба Яга отомстила за догонялки и превратила его дом в Дом для плохого настроения? Да когда она успела только! Сидит домовенок, думает. Тихо в доме, ночь, все смотрят интересные сны и не мешают думать домовенку. Только ходики тикают, тихо так, приятно. Совсем не мешают, а только говорят: «Не бойся, ты не один, мы-с-то-бой, мы-с-то-бой!».
А Кузька и не боится. Это его дом, кого он должен в собственном доме бояться? Только огня, а тот уже давно не балует, давно свое место знает. И вдруг кажется Кузьке, будто из норки мышиной мохнатая мышкина голова показалась.
- А вот я ее сейчас, - тихо обрадовался домовенок, - пусть только попробует к караваю подползти!
Любил Кузька мышей пугать. Они-то, глупые, только кошки боятся, а никак не могут запомнить, что главный враг всех непрошеных жильцов в избе - вовсе не кошка, а домовой. Притаится обычно Кузька в неприметном месте, сделается совсем маленьким, не больше мизинца, дождется, когда серая воришка к хозяйской еде подкрадется, прыгнет на нее сверху и давай кататься!
Носится мышка по избе, как угорелая, пищит, сердешная, со страху, а Кузька еще и покрикивает:
- Но-но, залетная! Не притормаживай! Не притормаживай! Шибче едешь - дальше будешь!
После таких скачек даже самые нахальные мышки паковали узелочки и перебирались со всем семейством в другие избы - в те, где некошные домовые хозяйничали.