— Не пускала меня избушка, — жалуется Лешик, — повернулась ко мне задом и норовила лапой пихнуть.
Удивился Кузька. Избушка, значит, тут кренделя выписывала, а он ничего и не заметил! Но некогда было Кузьке раздумывать, как Яге такое удается. Рассказал он Лешику, как все было, и отдал ему клубочек. У лешего все равно руки пустые, а Кузька сундучок из рук выпустить не может.
Кинул Лешик клубочек, и покатился он по тропиночке. Сперва маленький леший и не переживал. Катится себе клубочек по тропиночке и катится, а кругом лес, места все знакомые.
Только рано радовались Лешик и Кузька. Устать даже не успели, как свернул клубочек с тропинки, покатился по густым зарослям. Лешику это, конечно, не помеха. Трава перед маленьким хозяином леса сама сгибается, кустарник расступается. А Кузя не успел и два шага шагнуть, как угодил лохматой головой в репейник. Ворчит Кузька, трепыхается, за голову хватается, а вытащить репейник никак не может.
Лешик заметил, что нет рядом домовенка, оглянулся. Прикрикнул на репейник, и тот отпустил Кузьку. Идут Лешик и домовенок дальше. Лешонок — впереди, Кузя — позади, то и дело лохматой головой за что-то цепляется. Смотрит Лешик — а лес-то кончается. Вот беда! Тут, в лесу, ни самого Лешика, ни Кузю никто не посмеет трогать. А что может случиться дальше, то Лешику неведомо.
Зато Кузька, как увидел, что клубочек на поле катится, повеселел. Вот радость-то! Как легко будет!
Идут теперь Кузька с Лешиком по тропинке вдоль поля. Кузя — впереди, за клубочком вприпрыжку, а Лешик сзади плетется.
— Погоди, Кузя, — просит Лешик.
Кузя остановился. Слышит — кто-то в поле тихонько плачет. Тоненький такой голосок, еле слышно.
— Помогите!