— А теперь знаешь? — спрашивает Кузя.
— Теперь знаю. Живое это дерево. Многое это дерево знает, все понимает, вот только говорить не умеет. Потому научилось оно навевать людям сны, а что в тех снах снится, все правда.
— Значит, нам придется все плоды с этого дерева обобрать? — тоскливо спросил Кузька.
— Придется, — решил Лешик, — а если ты не хочешь, так я один останусь. Я хоть и маленький, а все равно леший. А леший не может ни деревце, ни кустик, ни даже травинку малую в беде оставить.
— Нет, я тоже останусь, — ответил Кузя. — Какая же это радость будет, если одно-единственное живое дерево погибнет? Я ведь других таких нигде и не видел.
И принялись Лешик и Кузька за дело. Сперва лешонок один на дереве был, а как только нижние ветки освободились, и Кузька забрался на дерево. До самой ночи трудились Кузя и Лешик, пока освободили дерево.
Вечером снова поужинали два друга сладкими ароматными плодами и уснули под деревом. Опять приснился им один и тот же сон. Явилось к ним во сне дерево и долго благодарило. Говорило оно, что теперь Кузьке и Лешику только хорошие сны будут сниться, да напоминало, чтобы не забыли друзья два листика сорвать.
Наутро сорвал Кузя два листа, сложил их в сундучок. Взял лешонок с собой еще один плод с живого дерева — в пути пообедать да и кинул клубочек. Опять предстояла им долгая дорожка.Глава 7. Неправильная ведьмочкаДолго шли Кузька и Лешик. По полям и лугам, по сенокосам и перелескам, мимо деревенек и пастбищ. И не раз еще вспоминали они добрым словом живое дерево — сколько раз уже обедали, а никак один плод доесть не могут. Глядишь, так и до самого жилища Бубуни хватит.
Только все рано или поздно кончается. Кончился у Кузьки и Лешика плод, а клубочек все катится и катится, конца и края дорожке не видно. Проголодались Кузька и Лешик и решили немного с намеченного пути свернуть — зайти в деревеньку, поживиться немножко. Должны же тут водиться домовые, а уж они-то не оставят своего сородича в беде.
Деревенька, Кузя это сразу заметил, была самая обычная. Ясное дело, что до той красоты, которая в деревне домовенка была, ей далеко. Ни тебе резных окошек, ни ворот расписных, ни петушков на крыше.