— Не высовывайся!
Я говорю Мишке:
— Мне мама не велит высовываться…
Мишка немножко подумал, а потом обрадовался:
— Не велит высовываться, и правильно. Это будет у тебя испытание на невысовываемость!
Тогда я все-таки немножко высунулся и сказал ему тихонько:
— Эх, Сокол ты мой, Сокол! Мне тут, может, сутки безвыходно торчать!
А Мишка опять все по-своему перевернул:
— И очень хорошо! Прекрасная тренировка! Закрой глаза и лежи как в сурдокамере!
Я говорю: