Покрыт поднос caмым первосортным хрустальным лаком. Как влита рука-то в железо.
Немец, понятно, зафыркал, заругался, судом грозил да так ни с чем и отъехал.
А Сергач после того собрал всех мастеров по подносному делу, которые в Тагиле жили, и невьянских тоже. Дедушко Мирон к этому случаю подошел. Артюха тогда и рассказал все по порядку, – как он с немцем хороводился и что из этого вышло. Потом выложил на стол деньги, которые через дедушку Мирона получил, и свою тысячу, какую в задаток от Двоефеди выморщил, туда же прибавил, да и говорит:
– Вот разделите без обиды.
Мастерам стыдно ни за что ни про что деньги брать, отговариваются, – мы, дескать, к этому не причастны, а сами на пачку поглядывают. Потом разговор к тому клонить стали, чтоб Артюхе двойную долю выделить, только он наотрез отказался.
– С меня, – говорит, – и того хватит, что позабавился над этим немецким Двоефедей.
Пузырек с хрустальным лаком Артюха, конечно, в бороде тогда прятал.